Башкирские поэты и писатели

МЫ ИХ ЧИТАЕМ В ПЕРЕВОДЕ. Мифтахетдин Акмулла

Акмулла́ (башк.Аҡмулла, каз.Ақмолла, тат.Акмулла; настоящее имя — Мифтахетди́н Камалетдинович Камалетди́нов (башк.Камалетдинов Мифтахетдин Камалетдин улы, каз.Мифтахетдин Камалетдинұлы Мұхамедияров)); родился 14(27) декабря1831 год в Туксанба́ево Куль-Иль-Минской волости 12-го Башкирского кантона Белебеевского уезда Оренбургской губернии — 8(21) октября1895 годСыростан Троицкого уезда Оренбургской губернии) — башкирский, казахский и татарскийпоэт-просветитель, поэт-философ, поэт-мыслитель.Мифтахетдин Акмулла является крупнейшим представителем башкирской поэзии XIX века, оказавшим воздействие на всю дальнейшую национальную литературу.

Также оказал большое влияние на развитие казахской и татарской литератур, а также его творчество было широко известно среди туркмен, каракалпаков и других тюркоязычных народов.

Акмулла Мифтахетдин шигырзары – прославленный поэт-просветитель, мыслитель и философ башкирского народа, оставивший глубокий след не только в национальной литературе, но и в образовательно-культурной жизни соседних народов – казахов и татар. Кроме того, его творчество уважаемо и популярно среди других представителей тюркской национальности, например туркмен.

Какова биография этого выдающегося, талантливого человека? Чем примечательна его жизнь и литературное творчество? Давайте узнаем.

Малоизвестное детство

Биография Мифтахетдина Акмуллы берет свое начало в маленькой деревеньке Туксанбаево, расположенной на берегу реки Демы в Республике Башкортостан (ранее – Оренбургская губерния). Рождение поэта произошло в далеком 1831 году, в декабре месяце.

Происхождение родителей Акмуллы до сих пор неизвестно. Существует несколько версий его родословной. Согласно одной, родители поэта являлись башкирами-вотчинниками, отец даже служил имамом. Из других же источников следует, что родителем Мифтахетдина был казах. Существует еще одна версия рождения литератора, согласно которой его мать была родом из Казани.

Многие источники информации говорят о том, что поэт долгое время жил с родителями. К слову, у отца Акмуллы было две жены, и жила семья не отдельным домом, а сообща с другими братьями и их семьями. Жили кучно, бедно, убого.

Подробнее об этом и других неизвестных фактах из биографии Мифтахетдина Акмуллы (на башкирском языке) можно узнать, посетив музей, открытый в честь поэта на его малой родине.

ПИСЬМО ОТЦУ

Отец, пишу тебе из Оренбурга,
Где важный люд, учёная среда…
Я здесь с душой измученной как будто
Детёныш кречета, лишившийся гнезда.

Привет тебе, родитель мой далекий,
Хочу тебе посетовать, что я
Мулла-скиталец, сын твой одинокий,
И знать не знаю, что это – семья?

А ты жестокосердием обидел,
Меня, и хлёстким взглядом, будто плеть…
Ведь я тринадцать лет тебя не видел,
Увидел – захотелось умереть.

И мать мрачна… А я из гиблых далей
Стремился к вам, скучая по теплу…
Да, беден я. А вы – богатым ждали?
Но я дервиш, таким я и умру.

Неужто больше нет любви и братства,
И душ родных не трогает слеза,
И миру равнодушья и богатства
Достались ненасытные глаза?

Отец, куда же мне вернуться, кроме
Деревни нашей, где я был любим?
Ведь я наследник твой, родной по крови,
И ты отцом мне был, а не чужим.

Ты был когда-то добрым и хорошим,
Да скаредною стала вдруг семья…
Тебе сейчас дороже даже лошадь
И ближе жеребёнок, а не я.

Но в рай не въедешь на коне, с мошною,
Достойные пешком приходят в рай…
Я взял гнедого – или я не стою
Коня, каких в хозяйстве – через край?

Зачем нам конь и шуба с мехом длинным,
Коль нас не станет – сына и отца?
Но если буду цел и невредим я –
Тебе верну гнедого жеребца.

Тринадцать лет я не был в отчем доме,
Я горевал безмерно оттого…
И что же вспомню я, уехав, кроме
Хулы и равнодушья твоего?

Коль не тебе, отец мой, то кому же
Сказать, главой склонившись: мой султан,
Прости меня за то, что стал не нужен,
И не считай отъезд мой за обман.

Пусть будет твой достаток неизменен…
Хоть жить легко, когда кошель велик,
Мы золото в руках своих не ценим,
В чужих – дороже тыщи золотник!

А дом твой крепок лошадьми и плугом,
Но не гони учёность ты взашей!
Как ворон соловью не станет другом,
Так неучу не быть среди мужей…

Юность и молодость

Учился Акмулла Мифтахетдин (на башкирском языке его настоящее имя звучит как Камалетдинов Мифтахетдин Камалетдин улы) хорошо, с ранних лет он испытывал тягу к наукам и знаниям, особенно к литературе, письму и истории. Начальное образование получил в родной деревне, затем учился в медресе – общепринятом учебном заведении у мусульман, выполняющем функцию среднеобразовательной школы и духовной семинарии.

В деревне Стерлибашево Акмулле Мифтахетдину посчастливилось обучаться у самого Шамсетдина Ярмухаметовича Заки – знаменитого башкирского поэта, придерживающегося суфизма (разновидность эзотерического течения в исламе) и проповедующего аскетизм и повышенную духовность.

Возможно, именно тогда, так близко соприкоснувшись с чужим поэтическим творчеством, Акмулла захотел самостоятельно писать стихотворения, чтобы передавать с их помощью свои эмоции и делиться с другими своими умозаключениями и взглядами.

РАЗУМ

Больших чинов достигшие вельможи
Порой на глухарей в лесу похожи:
Людей не слышат и не замечают,
И ровни не найдут себе, похоже…

Попробуй в мире льстивого тумана
Клеймить порок, не восхвалять обмана.
Ведь как бы ни была трудна задача –
Поддакивать не след словам тирана.

Не равны луг и степь в господнем лете,
В семье – и то порой не равны дети…
С невеждой жить – неделя годом станет,
Будь с мудрыми всегда на этом свете.

Ища себе попутчика в дорогу,
Уму доверься, а не только Богу:
Бывает, что и медь блестит, как злато,
Но блеск её тускнеет понемногу.

Будь тем, кем назван был ты в час рожденья,
Живи достойно – избежишь забвенья.
Но если ты с невеждой шёл по жизни,
То ждёт тебя не слава, а мученья.

Живи с добром по чести и по вере,
Врагу и другу открывая двери,
Ведь умный враг ценней друзей неумных –
Внезапно не предаст, по крайней мере…

От языка, считай, все наши беды,
Мудрец молчит, ему позор не ведом.
Глупец же слово выпустит дрянное –
И вот оно летит за дурнем следом.

У пьяного язык – как конь на скачке –
Он гнал его галопом, не иначе…
Лишь вечером уставший понимает,
Что день прошёл без пользы и удачи.

А злой язык берёт в подмогу руки,
Коль нет ума – дерись давай – от скуки!
Придёт беда, коль тело безголово,
Но глупому не будет в том науки…

На этом свете, если так возможно,
Жить надо не бунтуя, осторожно,
Для добрых дел искать людей хороших –
Не встретишься тогда с бедой острожной…

Не раскрывай своих секретов, если
Ты оказался в ненадёжном месте,
Ведь недруги воспользуются этим
Из зависти, а может и для мести.

Когда прилюдно мысли оглашаешь,
Не оглашай всего того, что знаешь.
Две трети пусть останутся под спудом –
Не то к себе вниманье потеряешь.

Незрелый ум учения не жаждет,
Глупец казаться хочет самым важным,
Не слушая других, даёт советы, –
И лишь мудрец советуется с каждым.

Кричу, стучу в глухое мирозданье:
А есть средь тех, кто Божии созданья,
Ну хоть одна душа, что для народа
Несёт ученья свет и силу знанья?

В поисках истины

Дальнейшая судьба поэта Акмуллы Мифтахетдина также выглядит урывчатой и малоизведанной. Доподлинно известно, что мужчина много странствовал по южному Башкортостану, затем посетил Зауралье – западную часть Восточной Сибири. Посещал местные села и аулы Казахстана, вел кочевую жизнь, занимаясь просветительской деятельностью и продвигая гуманистические идеи. Об этом речь пойдет немного ниже.

Чем зарабатывал себе на жизнь Акмулла Мифтахетдин? Стихи поэта не приносили ему достаточного дохода. Путешествуя из селения в селение, он занимался ремеслами, например трудился в столярном деле, или же обучал детей чтению, письму и простым наукам. Рабочие инструменты, а также книги и некоторые свои рукописи мужчина всегда возил с собой в особых отделах своей телеги.

О СЧАСТЬЕ

Ища страну, где жизнь – как рай,
Найдёшь ли хоть одну?
Стой на своём, но не ругай
Ни время, ни страну.

Хуля домашнего коня,
Тулпара где найдёшь?
Ручного кречета браня,
Шонкара где найдёшь?

Ту воду, что мы вместе пьём,
Охаивать не след,
За то, что в озере твоём
Воды проточной нет.

Ругая бая и царя,
Задумайся о том,
Что и с огнём при свете дня
Мы лучше не найдём.

Любя жену, не хмурь бровей,
Не будь с любимой груб, –
Доволен шубой будь своей,
Коль нет атласных шуб.

Не унижай ничем того,
С кем за столом сидишь…
Совета спросишь у кого,
Коль прадеда хулишь?

Ведь ты не кречет на ветру,
Что с воробьём не схож…
Люби и брата, и сестру –
Роднее не найдёшь.

А вот чужой тебе польстит –
Не верь его словам:
Слепая вера часто мстит,
Неосторожным нам.

Безмерно будет счастлив тот,
Кто знаньем наделён:
Он в каждом деле смысл найдёт
И преуспеет в нём.

Его борзая – дичь возьмёт,
А ястреб – влёт – гуся.
Торговля прибыльно пойдёт,
Доходы принося.

Чтоб ни сказал он, всё дойдёт
До каждого в миру,
Воспримет речь его народ
Как будто бы суру.

Пусть ты пока не стал таким,
Готовь себя к тому,
Чтоб стать в раздумиях – лихим,
И добрым по уму.

Мечтая быть быстрее всех,
Важней чванливых бонз,
Не отставай хотя б от тех,
Кто вслед ведёт обоз.

На спор не трать напрасно сил…
А в сборище чужом
Не лги, что друга победил
И силой, и умом.

На свете сём ты только гость…
Коль счастлив стал, богат –
Убогого в беде не брось,
Он твой – по вере – брат.

И всё, что есть, другим дари,
Не пряча ничего,
Всевышнего благодари:
Всё это – от него.

А отвернётся от тебя
Удача – не грусти.
Попробуй вновь найти себя
На жизненном пути.

Страшней, когда сразит недуг
Иль вдруг умрёт жена, –
Не в радость будут дом, и луг,
И полная мошна.

И не спасёт ничто от бед,
Коль Богом не храним…
Богатым – если счастья нет –
Не легче, чем иным.

Выходит, счастье – не итог:
Богат – и что с того?
Выходит, счастье – лишь исток
Богатства твоего.

Коль нет удачи, счастья нет –
Ты будешь слеп, как крот.
Познаешь в мире много бед,
Пока оно придёт.

Так мокрый с ног до головы
Измученный рыбак
Не только щуки – и плотвы<
Не выловит никак…

Пусть в эти дни твоих невзгод,
Мол, счастья не дано,
К тебе прозрение придёт,
Что в знаниях оно!

Велик разумный, если нет
Излишней злобы в нём,
И даже бай бывает щедр,
Коль наделён умом.

А вера, как надёжный кров,
И знаний океан –
Вот две опоры двух миров,
В каких царит Коран.

Страстей негодных не уняв,
Не станешь добрым ты,
Лишь только ближнего поняв,
Достигнешь доброты.

Неверный хает шариат,
Коварный, он смолчит, –
Узрев, что дом огнём объят, –
Ведь дом чужой горит.

Но крепок духом, как гранит,
И счастлив по судьбе
Любой, кто бережно хранит
Всевышнего в себе.

Он первым встанет на войну,
Не скажет: не могу…
Тиран же, грабящий страну,
Способствует врагу.

Но я веду о счастье речь,
А не наоборот:
Здоровье надобно беречь –
И счастье вас найдёт.

Ведь радость мира – это жизнь
И труб победных медь!
И значит, надо умно жить,
Чтоб многое суметь.

То, что вложил в тебя Господь –
Не прячь от глаз людских,
Иссякнет дух, иссохнет плоть –
И ты не встретишь их.

При жизни людям всё отдай,
Людей и жизнь любя…
И тем прославишь отчий край,
А он в ответ – тебя.

Странник-литератор

Однако самым главным занятием Акмуллы Мифтахетдина была поэтическая деятельность. Он очень любил народ, бедных и обездоленных людей, и старался облегчить им жизнь с помощью своего яркого, самобытного творчества. Главной темой лирики поэта была жизнь этих несчастных созданий. Он призывал их встать на борьбу с социальными предрассудками, с баями и помещиками, которые богатели на нуждах и несчастьях простонародья.

Свои сочинения Акмулла Мифтахетдин редко записывал на листах бумаги. Он считал свои произведения достоянием народа, поэтому хранил их глубоко в своей памяти. В историю литератор вошел как талантливый поэт-импровизатор. Он мог сочинять глубокие, трогательные стихотворения на ходу, красиво декламируя их перед собравшимся народом.

Проходя мимо различных селений и аулов, Акмулла не только декламировал свои лирические творения, но и состязался в мудрости и красноречии с известными народными сказителями (сэсэнами), которые под аккомпанемент думбыры исполняли речитативом башкирские песни, такмаки, баиты, кубары.

В ОБРАЗОВАНИИ ЕСТЬ ДОБЛЕСТЬ

Всё, что обрёл – не уберечь оградой,
Пора уйти от старого уклада,
Есть мужество лихое в просвещенье, –
О будущем смелее думать надо!

Мы спим под кошем, люди кочевые,
Беспечные, как будто не живые,
Настанет час – врага не сможем встретить,
О нём услыша будто бы впервые.

Другие страны поднялись на гору, –
Нам овладеть подножьем только впору.
Но море просвещенья всем доступно,
Черпай руками, нету в том позора.

В тех странах жизнь –
Как день под солнцем шумный,
У нас она темней ночи безлунной,
Бросается в глаза различье это,
Как родинка на лике девы юной.

Мы равными на свет пришли когда-то,
Но делит нас учёность, а не злато.
Коль привечать учёность не умеем,
То просвещенье в том не виновато.

Так, верховой – не путник пешеходный,
Далёкое и близкое – не сходны,
И явь не сон, об этом знает каждый,
Кто хоть чуть-чуть имеет ум природный.

Не станет кляча лучше аргамака,
Не пара неуч умному, однако,
Батыр, что в кофты женские рядится,
Смешон, как шелудивая собака.

Полно пустых речей в родимом стане,
Когда же мы от них уже устанем?
Ведь камень, хоть обмажь его ты жиром,
Сверкающим алмазом вдруг не станет.

Пора понять, что старый быт не вечен,
Что он клеймом невежества отмечен, –
Нам выйти б из ошибочного круга,
Хоть он самой историей очерчен.

Не дело это – степью любоваться,
Скакать верхом, красуясь, храбрым зваться,
А после спать. Потом – опять на скачки…
Не лучше ль ремеслом каким заняться?

Не хвастайтесь конём или одеждой,
Подумайте, что людям нужно, прежде.
Оценивая и чужих, и близких,
Смотрите вдаль с мечтою и надеждой.

Что нужно, знает разум необманный:
Расти, меняться – вот завет желанный!
Отличен человек от братьев меньших
Лишь к совершенству тягой постоянной.

Проходит жизнь в борьбе за кров и пищу,
Заблудший в ней – как пёс на пепелище…
Ищи совета у людей учёных,
Искомое найдёт лишь тот, кто ищет.

Быть не пристало вором волостному,
Как будто бы разбойнику какому,
Сородичей своих нещадно грабя,
Готовит он разор родному дому.

Не дело это – жадным быть до денег,
Хлеб отбирать у тех, кто корки делит…
Ведь даже зверь в чащобе милосердней,
А этот… Жёстко спать, хоть мягко стелет.

Аульный тоже греет пузо жиром,
Сбирая дань с людей не по ранжиру,
Идёт затем со мздою к волостному…
А людям не до жиру, быть бы живу.

Не ремесло, и не ученье это –
Жиреть побором и плодить запреты,
Несёт ли пользу миру эта должность,
Коль бедняки разуты и раздеты?

Всё плохо: быть слугой и спать в подклети,
И быть у волостного на примете…
В других краях наука процветает,
А хуже нас живёт ли кто на свете?

Пора бы нам, друзья мои, проснуться
И к океану знаний прикоснуться,
Ведь мы подобны полому сосуду,
Который жаждет мёдом захлебнуться.

Родством своим не следует кичиться:
Равны пред Богом и олень, и птица,
Но если повезёт с родным семейством,
То ими можно всё-таки гордиться.

Мне тоже в жизни многое неясно:
Вот плут, бездельник – а живёт прекрасно…
Поднялся бы повыше я, имея
Жену, детей и стол в обильных яствах.

Желанье есть, да скудные истоки,
Поскольку человек я одинокий,
И за собой такой вины не знаю,
В какой бы зрели грешные пороки.

Хотя… Бывали случаи порою,
У очага домашнего, не скрою,
Давал я волю гневу и упрёкам,
За то и недоволен сам собою.

Бывало, жил, как пел – напропалую!
Не стыдно признавать вину былую,
Куда стыднее мирно жить в достатке,
Подол халата байского целуя.

И вовсе я себя не обеляю,
Хожу над пропастью и мыслей не скрываю,
Скажите, коль увидите ошибку –
Поправлю, и опять пойду по краю…

Как жаль, что мой язык косноязычен,
К речам медоточивым непривычен,
И для борьбы майданной однорук я,
И от других лишь мыслию отличен.

Для щедрости не надобно отваги:
Кошель да хлеб, сосуд холодной влаги…
Всяк делится лишь тем, что он имеет,
И я вот, что имел, отдал бумаге.

Недоброжелатели

Чем больше росла популярность молодого Мифтахетдина и увеличивалась армия почитателей и последователей, тем значительнее и знатнее становились его недруги и противники.

Среди самых основных особенно отличался казахский бай Батуч Исянгильдин, который написал донос на прославленного поэта-странника, якобы тот уклоняется от царской военной службы, выдавая себя за сына казаха. В действительности так оно и было. Акмулла не мог представить себя в строю или же ведущим оседлый, подчиненный образ жизни. Мятежник по натуре, он был бунтарем по духу, который хотел изменить жизнь людей к лучшему, добиться каких-либо реформ и исправлений.

Влиятельные чиновники, опасаясь влияния поэта и его творчества на простой народ, воспользовались лицемерным доносом и засадили поэта в тюрьму, где он провел долгих четыре года.

Жизнь в заключении была тяжелой и невыносимой. Гнетущими для Мифтахетдина были не только тюремные унижения и лишения, но и одиночество, обособленность, вынужденное затворничество. Как человек активный и целеустремленный, творческий и эмоциональный, Акмулла не мог смириться с бездействием и изолированностью, он находил отдушину в творчестве.

Именно в тюрьме мужчина очень много сочинял. Он писал о свободе и счастье, о борьбе с угнетателями и о счастливом будущем. Он описывал насмешки и издевательства тюремщиков, тяжелые невыносимые условия и свою любовь к независимости и к родному краю.

От продолжительного заключения поэта избавил его верный поклонник Габибул Зигангиров, который обратился к Александру II с письменным прошением за поэта и внес за него залог, равный двум тысячам рублей.

КАК ЖАЛЬ!

О, как мне жаль, что в нашем доме всё не так,
Единства нет, и споры чуть ли не до драк,
И всё никак не народится первый гений,
Какой собрал бы весь народ в один кулак.
Одни упрямо не желают правды знать,
Другие знают, но им выгодней молчать, –
Как муха, что довольствуясь коростой,
Не хочет более летать и мёд искать…
В кривой стреле какая польза? Никакой.
И прок от женщины бесплодной небольшой.
Любой мольбой в стихах народа не пробудишь,
Коль их споёт ему поэт с пустой душой.
Не будет радости народу моему,
Коль так поём мы, что ни сердцу, ни уму,
А надо петь, страдая, плача и печалясь,
Из мук душевных извлекая суть саму…

После освобождения

Обретя долгожданную свободу, Акмулла Мифтахетдин направился в родное селенье. Ему было сорок лет, он уже был дважды женат и хотел найти упокоение у себя на родине. Однако отец, этот отсталый и законсервированный человек, не смог понять свободолюбивого прогрессивного сына. После частых ссор и недопонимания отец и сын были вынуждены расстаться.

Акмулла отправился путешествовать и просвещать людей.

Он вновь и вновь прививал своим соотечественникам чувство собственного достоинства, осознание личной независимости и умения за себя постоять. Он насаждал в умах простых и забитых людей желание просвещения, желание знаний и расширения кругозора.

Как это отражалось в творчестве поэта?

ПРОБУЖДЕНИЕ

Друзья, не уподобимся скоту,
Засохшей иве с плачем по листу, –
Как сад зелёный, юноша мужает,
Когда находит в мире красоту.
В садах весну отпели соловьи,
Цветы раскрыли жадно рты свои…
Никто нас жить во тьме не принуждает,
Достойны будем света и любви!
Снега сошли и воды утекли,
В блаженство погрузился мир Земли,
И дети, что зимой сидели в избах,
Бегут гурьбой в степные ковыли.
За ними под весёлый лай собак
Несётся в степь и конский молодняк, –
Кто смотрит в мир душою неподвижной,
Попробуйте на жизнь взглянуть не так.
Окиньте взглядом светлый окоём,
Подумайте о будущем своём,
Оно ведь тоже может быть прекрасно, –
Подумайте, подумайте о нём!
Нам в жизни надо многое успеть:
Ремёслами и знаньем овладеть –
Учитесь у проснувшейся природы
Цвести, расти и славу солнцу петь!

«Башкиры, всем нам нужно просвещение!»

Данное стихотворение еще названо «Мои башкиры!». Несмотря на то что написано произведение на татарском, каждая его строчка дышит любовью и нежностью не только к родному народу, но и к родному языку, к родному краю.

Основная мысль стихотворения – это призыв к просвещению и к знаниям, которые пригодятся в жизни и работе простых людей. Стихотворение богато сравнениями и гиперболами, оно дышит страстью, уверенностью и добротой.

Мои башкиры, учиться надо, учиться надо!
Без добрых знаний и умных мыслей народ – что стадо.
Медведя бойтесь, ну а невежества бойтесь больше,
К образованью, мои башкиры, стремиться надо!!

Учёным всюду почёт и слава, и путь им ведом,
А тьма незнанья несёт нам горе, нужду и беды…
Учись, и станут без чар волшебных тебе подвластны
Огня стихии, воды и солнца, земли и неба.!

Познай ремёсла и тайны мира, немало лет им, –
Доступным станет тогда, что было всегда запретным.
Ну, а захочешь источник счастья открыть народу –
То только знания станут нужным ключом заветным.!

Когда неверно ты цифры сложишь – число обманет,
И солнце ночью – от перевода часов – не встанет,
И только Знание львиной силой тебя одарит, –
Не овладев им, желанной явью твой сон не станет…

«Место мое – в зиндане»

Данное произведение наполнено гнетущей тоской, которую испытывал поэт, находясь в четырехлетнем заточении. Но, несмотря на то что он весь пожелтел и похудел (согласно словам автора), все же он направляет все мысли к своим угнетенным соотечественникам, о которых сильно переживает и заботится в своем вынужденном заточении.

Привет вам посылает странник Акмулла,
Писавший правду для народа ваш мулла,
Привет степям просторным от меня,
Осужденного по навету врагов.
Весь пожелтел я, глядючи в окно,
Душа моя терпенье потеряла.
Исангильды, Батуча был учителем,
В ответ неблагодарность заслужил.
В печальных думах похудел я, высох,
Слова не достигают никого…

АКМУЛЛА, ЗНАЙ СВОЁ МЕСТО!

Помни место своё Акмулла! Что за честь,
Если слово твоё, как бренчащая жесть.
И шумит вразнобой проповедников рать:
Эй ты, малый, а что если уши надрать?

Кто я? где? Нет любви, и мой разум разъят,
День и ночь мне сподручней страницы листать.
Коль не льстец, то и спутников нет по судьбе,
Ну, а плоть обуздал – дух не сгинет в беде.

Находились… И спину кусали нам вши,
Пусть! Мы, поприщу верные, дальше пошли.
Знал порою нужду я, но жалость прогнал,
Жизнь не даром прожил ты, коль книги читал.

Ремеслом овладел, знать, недаром потел,
Лежебокой прослыть – неразумных удел.
Здесь учись! Что Багдад и Халеб с Бухарой?
Пёстрый бык не вернётся оттуда муллой.

Муж учёный, радеть о народе твой долг,
Будь богат ты, иль беден. В словах моих – толк.
Пусть сердятся и бесятся, злобой полны,
Те, кто знать не хотят за собою вины.

Не прожить, не приняв униженья от слов, –
Суд вершить над другим и ленивый готов.
Ведь и мухи от места святого гурьбой
Поспешают туда, где короста и гной.

Друга встретишь, ну-ну! – постучись в ворота,
И душа заболит, и сгоришь от стыда.
А нектаром любви соблазнит тебя взгляд –
Приготовься вкусить от щедрот её яд.

Может, нашей природе враждебность – сестра…
Я не знаю, какая стрела тут остра.
Дела годного нет, лишь разлад да хула,
Вот и плачет бедняга один – Акмулла.

И пока столько бед – грудь от скорби горит.
От коварства людей в сердце горечь обид.
Разум мой поражён… Иль юродство – твой дар,
Одинокий, из дому сбежавший тулпар?

Произведения об окружающем мире

Данные стихотворения (например, «Огонь» и «Вода»), ярко описывающие природные стихии, правдиво и по-философски честно показывают бренность бытия, кратковременность человеческой жизни и человеческих мечтаний. Каким бы богатым и знатным человек ни был, «все в мире подвержено огню». Вечны лишь знание и мудрость.

Чувственно нежным и психологически сложным звучит произведение Акмуллы Мифтахетдина «Осень» (перевод стихотворения на русский довольно распространен, но не передает и доли тех метущихся чувств и недосказанных эмоций).

Описывая мир природы, поэт рисует не картину покоя и умиротворения, а бурю ощущений и перемен, активное движение, многообразие красок, звуков, впечатлений.

В основе всего — почва,
Жизнь дает она всему живому.
Бесконечны изменения природы,
И все они с почвой связаны.
А вот картины сменяющихся друг за другом летнего дня и ночи. Стихотворение «Ночь и день»:
День создан прекраснее ночи.
Достойно ночи: рядом с луной звезды.
Коль дождь, кажется, что наслаждение для вселенной.
Переливаясь оттенками, зеленеет лик земли.

Борьба с классовым неравенством

Это стало одной из главных целей творчества Акмуллы. В стихотворениях «Наш мир» и «Проклятьем и мольбою» поэт разоблачает богатых жестоких людей, чьи желания и чувства сосредоточены лишь на наживе и на порабощении себе подобных.

Мифтахетдин считал, что пока будет процветать классовое неравенство, жизнь в родной Башкирии не наладится, и бедные люди так и останутся гонимыми и несчастными.

Зовут у нас муллой лгуна любого,
Найти нам трудно честного, прямого.
Мы много о себе воображаем,
А мы народ никчёмный, право слово!

Мы любим важничать, мы не забудем
В чалме высокой показаться людям.
По роскоши чалмы, саней, одежды
Как часто мы о человеке судим!

В почёте там, где мрак царит глубокий,
Большой живот, упитанные щёки.
Мулла и волостной правитель вместе
Дают глупцам надменности уроки.

Пускай ты неуч, ты глупей барана, —
Надев чалму, стал знатоком Корана.
Плетёшь для бедняков силки, тенёта,
Им не уйти из твоего капкана.

Глаза народа мы застлали тьмою,
Мы стали для него бедой, чумою.
Какой ужасный вздор нередко мелет
Почтенный человек с большой чалмою!

Смерть поэта

Естественно, такие смелые и прогрессивные взгляды не могли остаться незамеченными богатыми людьми. Акмуллу Мифтахетдина тайно ненавидели многие баи и культовые деятели, так как он призывал народ не только подняться против зажиревших богачей, но и избавиться от религиозной отсталости, фанатизма и суеверности.

Согласно некоторым источникам, смерть поэта была заказной – его убили в ночь с двадцать шестого на двадцать седьмое октября 1895 года (по новому стилю) по приказу бая Исянгильдина. Тело было найдено в реке недалеко от железнодорожной станции на южном Урале.

СОВЕТ ПОЭТУ

Не сетуй, Акмулла, на старость снова,
Что стала вдруг тебя моложе муза…
Ищи в себе союз души и слова,
Взбодрится ум от этого союза.

Что слово? Дуновенье ветра разве,
Встревожит – и продолжит путь бесцельный…
Душа же – океан, в которой разум
Блистает, будто камень драгоценный.

Нет молока у птиц, а в камне – влаги,
Но камень вечен, и орёл летает…
Нет желчных пузырей и у коняги,
Но это жить копытным не мешает.

Путь сократи беседой с юным другом,
Пускай перо немного поскучает.
Кому писать, кому идти за плугом –
Из первых уст попутчик твой узнает…

– Итак, мой друг, в покое или войнах,
Бродя по городам родного края,
Ты опирайся только на достойных,
След за собой достойный оставляя.

Будь справедлив, коль вдруг достигнешь власти,
Высокомерье недостойно мужа;
Построй мечеть – умеришь в мире страсти,
Родится сын – учи его тому же.

Джигиту спутник – знанье. И ремёсла
Пусть взор твой не оставят равнодушным.
Учись о сложном изъясняться просто,
Тогда понятным станешь всем и нужным.

Наш труд нелёгок, – думаю, ты понял.
Да и не вечен ни талант, ни гений…
Иди вперёд и помни о Платоне,
Что был в рабах, и умер в день рожденья.

Будь ты в сто раз богаче Карымбая,
Щедрей Хатема, древнего араба,
Острей на слово Еренсе-сэсэна,
Известней Алишера Навои, –
Природы установка неизменна,
В могиле завершатся дни твои…

Память о поэте-мыслителе

В честь великого башкирского литератора была названа улица в городе Альметьевске, а также Башкирский педагогический университет.

Памятник Мифтахетдину Акмулле был открыт восьмого октября 2008 года, в годовщину смерти великого башкирского поэта, в городе Уфе, напротив сквера, названного также в честь свободолюбивого философа.

На изваянии изображен уставший путник-просветитель в окружении двоих детей, внимательно слушающих его наставления.

Данная композиция ярко и точно описывает творческую деятельность башкирского мыслителя.

ЗЕМЛЯ

Земля под ногами – основа основ:
Всю живность питает чудесный покров.
Природных течений мгновенных не счесть, –
Земля ж неизменна вовеки веков.
Законы природы и жизни одни:
Стихии подвижны, различны они,
За ними, как будто боясь не поспеть,
Сменяются светлыми чёрные дни.

В Уфе назвали топ-100 произведений башкирских писателей

Повесть «Радость нашего дома», стихотворение «Родной язык» и народный эпос «Урал-батыр». В Уфе представили перечень произведений башкирских авторов, рекомендованных к обязательному прочтению. Список составил республиканский Союз писателей.

Заки Алибаев, председатель Союза писателей РБ: «Мы определяли 100 произведений на башкирском языке любых авторов. Во-первых, мы учли общественное мнение. Во-вторых, мы работали с библиотекой имени Заки Валиди. Здесь есть объективная картина: какие книги читают дети, какие книги читают взрослые».

Эксперты учитывали, какую литературу проходят по школьной программе: романы, поэмы, рассказы, стихи. Кроме того, составители списка сохранили хронологию произведений.

Заки Алибаев, председатель Союза писателей РБ: «Включили в этот список , начиная с Урал-Батыра, и заканчивая произведениями по сегодняшний день. Поэтому любой уважающий себя человек должен читать именно произведения. Это вызов обществу. Например, не знаю вот эти произведения никак невозможно так и литературы и культуры и традиции и менталитет Башкирского народа».

Салават Юлаев, Сагит Агиш, Зайнаб Биишева, Баязит Бикбай, Заки Валиди. В перечень вошло творчество народа и именитых башкирских писателей. Среди них поэма о матери Салавата Юлаева «Азнабика». Её написала Тамара Искандерия.

Гузаль Ситдыкова, поэтесса: «Очень много в литературе сведений об отце Салавата Юлаева, а о матери тогда совершенно ничего я не находила. Меня заинтересовало, кто это. Мне показалось, что она воспитала удивительного, просто неординарного сына. Он уже с 5 лет знал языки».

Тамара Искандерия, писательница: «В этот список внесли эссе «Доброе семя — доброе племя». Я создала, можно сказать, симбиоз современного законодательства и неписаных законов башкирского народа. Это в форме пословиц поговорок, пословиц или каких-то сказаний».

В список также вошли три произведения Мустая Карима — пьеса «В ночь лунного затмения», повесть «Радость нашего дома» и стихотворение «Повезло», и два — Рами Гарипов — поэма «Культ» и стих «Родной язык».

Константин Толкачёв, председатель Государственного Собрания — Курултая Республики Башкортостан: «В выборе этих 100 книг, как и в любом другом в человеческом творчестве, элемент субъективизма присутствует, но мы старались всё равно максимально объективно подойти. Если будут какие-то другие произведения, жизнь не останавливается, то будет 101-я, 102-ая, 103-я книг. Цифра «100» условная».

«100 шагов к родному слову». Так называется проект, запущенный Курултаем. Основная задача — возродить интерес жителей республики к башкирской литературе и популяризировать творчество местных писателей . Спикер Курултая отмечает, перечень носит рекомендательный характер, и заставлять читать все никого не будут.

Константин Толкачёв, председатель Государственного Собрания — Курултая Республики Башкортостан: «Никого не заставишь получать высшее образование, получать «пятёрки». Это опыт учителя, умение убедить детей, воздействовать на их. Такая комплексная проблема. Не решать мы её тоже не можем».


Список, рекомендованный к прочтению, размещен на сайте Национальной библиотеки имени Ахмет-Заки Валиди. Появится он и на интернет-странице союза писателей. По словам организаторов проекта, произведения находятся в свободном доступе. Итоги планируется подвести через год в День башкирского языка.

Стихи Салавата Юлаева

Главная // Библиотека // Салават Юлаев
Салават Юлаев — народный поэт Башкирии, воин, сподвижник Емельяна Пугачева. Более ста лет его имя было под запретом; целый век во всей Башкирии ни одного младенца не осмеливались назвать Салаватом. Среди башкирского народа его имя прославилось замечательными стихами, зовущими к стойкости в борьбе с врагом, воспевающими безграничную любовь к родине, ее полям, лесам, кочевьям.
Народные предания повествуют о том, что когда Салават пел песни, люди с охотой шли в бой, не чувствуя боли от ран, не боясь смерти от пули или сабли.
На самой высокой точке города Уфы, на утесе, возвышающемся над рекой Белой, стоит величественный монумент. Привстав на стременах и могучей рукой натянув поводья, всадник осадил разгоряченного коня. Смелое и волевое лицо, правая рука с плетью-камчой, поднятая в призывном движении. Это национальный герой башкирского народа Салават Юлаев.
Стихи:
Мой Урал
Родная страна
Битва
Юноше-воину
Стрела
Мой кош
Соловей (Темной ночью слышна Песня соловья…)
Зюлейха
Урал
Соловей (Над простором седых ковылей…)
Тоска по Родине
Я не умер, башкиры!
Мой Урал
Ай, Урал, ты, мой Урал,
Великан седой, Урал!
Головой под облака
Поднялся ты, мой Урал!
Моя песня о тебе,
О любви моей к тебе.
Вместе с полною луной
Золотом одет Урал,
Вместе с утренней зарей
Серебром блестит Урал.
По бокам твоим, Урал,
Встали темные леса,
А у ног твоих, Урал,
Степь — зеленая краса.
Белоснежные цветы
На лугах твоих цветут,
И цветы, и соловьи
Честь аллаху воздают.
Громко славит птиц напев
Первый ясный солнца луч,
А закатный солнца луч
Провожает, присмирев.
Ай, Урал, ты мой Урал,
Великан седой, Урал!
Все слова я растерял,
Как воспеть тебя, Урал?
Заиграй же, мой курай,
Песню, чтоб вошла в сердца,
И Урал, и весь наш край
Прославляя без конца!..

Родная страна
Милая моя земля,
Реки сладкие, поля,
Березняк и чернотал,
В небо вздыбленный Урал, —
Я одну мечту таю:
Родину воспеть мою.
Головой под небо встал
Великан седой Урал,
Этот сказочный простор,
Приковал навек мой взор,
Вечно б я хвалил тебя!
Вечно воспевал тебя!
От родимой стороны
Отлученный навсегда,
В горестной моей судьбе
Все мечтаю о тебе,
Светлая моя земля,
Рек медвяная струя,
Над просторами полян
Мой Урал, мой великан!
Все же я не одинок:
Чуть повеет ветерок,
Принесет он вести мне
О родимой стороне,
О знакомых тех местах,
О медвяных родниках,
О земле, где ,к небу встал
Мой красавец, мой Урал,
Он приносит вести мне.

Битва
Когда-то прежде в нашем краю
Немало знали ,смелых сынов:
Любой, врага сразивший в бою,
Был тут же к новой сече готов.
Вся жизнь их в грозных битвах прошла:
С дружиной верных -богатырей
Великие вершили дела,
Врагов с земли сметая своей.
Нечистых демонов колдовство,
Из пасти льющих змеиный яд,
Драконов черных, их волшебство
Они мечом грозили стократ.
Подобно дедам, одушевясь,
И я коня теперь оседлал,
В священный бой, врага не страшась,
Стрелой помчался, славы искал.
Клинок в клинок ударил, звеня,
Тяжел руки моей был размах.
Три сотни вышли вдруг на меня, —
И многие растоптаны в прах!
Из гущи сечи к быстрой реке
Мой конь помчал меня и унес.
Один на светлом, чистом песке
Хвалу аллаху честно вознес
И снова в бой готовлюсь идти —
Свободу и право в бою найти!

Юноше-воину
Высоко летает в небе ворон,
Еще выше сокол ввысь взмывает,
Еще выше сокола могучий
Беркут, птичий государь, летает.
Будь как этот беркут, славный воин,
Будь друзьям опорою стальной,
Выходи па бой с врагом отважно,
Жизни не щадя, бросайся в бой!

Стрела
Я бросил в небо меткую стрелу
И ласточку подранил в вышине.
К ногам моим упала, трепеща,
И жалко бедной птицы стало мне.
Стрела пернатая, лети опять,
Через леса и горы правь полет.
Не ласточек сбивать стреле в пути-
Коварного врага пускай найдет!

Мой кош
На крутояре стал мой кош,
Блестит как серебро.
Цветы душистые кругом
Расминулись ковром.
Табун пасется вдалеке.
В кибитке я лежу.
А рядом-близкие мои,
Все, кем я дорожу.
Тяжелый полог приподнять
Велел домашним я
И молча напролет всю ночь
Слушал соловья.
Так хорошо, так звонко пел!
Так сладко ,в эту ночь!
И слушал я — глаза сомкнуть
Было мне невмочь.

Соловей
Темной ночью слышна
Песня соловья.
Это песня о чем?
Не отвечу я.
Что он нынче поет —
Солнца жаркий луч
Или светлую луну
Ищет среди туч?
Или ясной звезде
Песнь посвящена,
Иль раздолье полей
Славит нам она?
Я не знаю.

Зюлейха
Зюлейха, ты — как ясного неба привет,
В твоих черных очах звезд немеркнущих свет.
Твои очи темней самых темных ночей,
В них сияние тысяч и тысяч лучей.
Воплощение рая — твоя красота,
Ты, как гурия рая, светла и чиста.
Зюлейха, несказанно люблю я тебя,
Растерял все слова, погибаю, любя,
Мой бессилен язык, чтобы песни слагать-
Ни словами сказать, ни пером описать!
Зюлейха, ты — дочь неба у нас на земле,
Твои очи — как звезды в полуночной мгле!

Урал
Славен мой
Урал Высотою скал.
Гребни горных круч
Блещут из-за туч.
Месяц серебрит
Ручейки долин,
Сосны, и гранит,
И снега вершин.
Солнце золотит
Сосны и гранит,
Ручейки долин
И снега вершин.
Надо мной шатром
Неба синева,
Шелковым ковром
Вся в цветах трава.
Славит соловей
Песнею своей
Лес, громады гор
И степной простор.
Я гляжу на мир,
Молодой батыр,
Полный вольных дум,
Слышу леса шум.
Славен мой Урал,
В самоцветах весь!
Взвейся выше скал,
Об Урале песнь!

Соловей
Над простором седых ковылей
Полночь лунная тихо плывет.
В перелеске поет соловей,
Не пойму я, о чем он поет.
Не о том ли, что солнце-батыр,
Весь в кольчуге своей золотой,
В блеске страсти обходит весь мир
За красавицей робкой — луной?
Не о том ли, что жемчугом рос
Разукрашены травы и лес,
Что горит самоцветами звезд
Весь шатер необъятных небес.
Над серебряной тихой рекой
Я поставил любимый мой кош.
Он склонился над милой семьей
Вырезными узорами кож.
В сочных травах пасутся стада,
Табуны пышногривых коней,
Меж камнями струится вода,
Не о том ли звенит соловей?
Сердце бьется, как будто в плену,
Мне сдержать мои чувства невмочь.
Я до самой зари не усну
В соловьиную лунную ночь.
Много пташек поет средь ветвей,
По ночам умолкая без сил.
Днем и ночью поет соловей,-
Он весну больше всех полюбил!

Тоска по Родине
Голубые небеса,
Реки, рощи и леса,
Всюду птичьи голоса,
Благодатный мой Урал!
Ты и родина моя,
Ты любовь и жизнь моя,
Ты печаль и песнь моя,
Благодатный мой Урал!
Я стада твои люблю,
Я луга твои люблю,
Я снега твои люблю, Благодатный мой Урал!
Я своей любовью чист,
Как грозой умытый лист,
Как поутру птичий свист,
Благодатный мой Урал!
На чужбине сам грущу,
По твоим лесам грущу,
По твоим степям грущу,
Благодатный мой Урал!

Я не умер, башкиры!
Ты далеко, отчизна моя!
Я б вернулся в родные края,
В кандалах я, башкиры!
Мне пути заметают снега,
Но весною растают снега,
Я не умер, башкиры!

Литература:
1. Литература народов России. С.-Пб, Изд-во: Просвещение, 1995.
На правах рекламы:

Список 100 книг башкирских писателей, рекомендованных к прочтению

В Башкирии в рамках акции «100 шагов к родному слову» сформирован список из сотни книг башкирских писателей, рекомендованных к прочтению. Его будут предлагать для изучения школьникам, студентам, посетителям библиотек.

  • Урал батыр, эпос
  • Салават Юлаев, «Ай, Уралым, Уралым» («Урал, мой Урал»), стихотворение
  • Азат Абдуллин, «Ун өсөнсө председатель» («Тринадцатый председатель»), драма
  • Лариса Абдуллина, «Һүтәләр башҡорт тирмәһен», стихотворение
  • Салават Абузаров, «Кисенбикә юлы» («Путь Кисенбики»), повесть
  • Сагит Агиш, «Эш самауырҙа түгел» («Дело не в самоваре»), рассказ
  • Фарзана Акбулатова, «Атай икмәге» («Отцовский хлеб»), рассказ
  • Мифтахетдин Акмулла, «Башҡорттарым, уҡыу кәрәк» («Башкиры мои, учиться надо»), стихотворение
  • Сафуан Алибаев, «Салауат саҡырыуы» («Зов Салавата»), стихотворение
  • Асхат Ахметкужин, «Һыбайлы» («Всадник»), стихотворение
  • Амир Аминев, «Ҡытай город» («Китай-город») повесть
  • Кадим Аралбай, «Аҡ тирмәләр иле» («Страна белых юрт»), поэма
  • Нажиб Асанбаев, «Ҡыҙыл паша» («Красный паша»), драма
  • Зарема Ахметзянова, «Сәңгелдәк» («Колыбель»), повесть
  • Шайхзада Бабич, «Беҙ үҙебеҙ башҡорттар» («Сами мы – башкиры»), стихотворение
  • Роберт Баимов, «Сыбар шоңҡар», («Пестрый кречет»), роман
  • Зайнаб Биишева, «Кәмһетелгәндәр» («Униженные»), роман
  • Равиль Бикбаев, «Шәжәрә» («Шежере»), поэма
  • Баязит Бикбай, «Салауат» («Салават»), драма
  • Шариф Биккул, «Табанымда ерем йылыһы» («Тепло земли»), поэма
  • Анвер Бикчентаев, «Ҙур оркестр» («Большой оркестр»), стихотворение
  • Динис Буляков, «Ғүмер бер генә» («Жизнь одна»), роман
  • Фаниль Буляков, «Ҡурай» («Курай»), стихотворение
  • Флорид Буляков, «Бибинур, ах, Бибинур», трагедия
  • Марьям Буракаева, «Арғымаҡ яҙмалар», («Аргамак»), рукописи
  • Мухаметша Бурангулов, «Башҡорт туйы» («Башкирская свадьба»), драма
  • Ахметзаки Валиди, «Хәтирәләр» («Воспоминания»)
  • Зуфар Валит, «Башҡортостан», стихотворение
  • Айсылу Гарифуллина, «Беҙ-Бөрйәндәр» («Мы — Бурзяне»), стихотворение
  • Зухра Кутлугильдина, «Уйылам уйҙарымдан» («Раздумья»), стихотворение
  • Самат Габидуллин, «Швейцария, тиҙәр Бөрйәнемде» («Швейцария – говорят о моем Бурзяне»), стихотворение
  • Гульсира Гиззатуллина, «Һәҙиә» («Хадия»), роман
  • Салям Галимов, «Шоңҡар» («Кречет»), поэма
  • Флюр Галимов, «Аҙғын тәүбәһе» (Покаяние над пропастью), роман
  • Тамара Ганиева, «Ҡыпсаҡтар» («Кипчак»), поэма
  • Талха Гиниятуллин, «Баҙ» («Погреб»), рассказ
  • Рами Гарипов, «Табыныу» («Поклонение»), поэма, «Туған тел» («Родной язык»), стихотворение
  • Тансулпан Гарипова, «Бөйрәкәй» («Буренушка»), роман
  • Мажит Гафури, «Ҡара йөҙҙәр» («Черноликие»), повесть
  • Ибрагим Гиззатуллин, «Үлгәндән һуң утыҙ йыл» («Через 30 лет после смерти»), повесть
  • Хаким Гиляжев, «Погонһыҙ һалдаттар» («Солдаты без погонов»), роман
  • Лилия Каипова, «Уйнаһын ҡурайҡайым» («Пусть играет мой курай»), стихотворение
  • Танзиля Давлетбердина, «Башҡортостан», стихотворение
  • Хадия Давлетшина, «Ырғыҙ» («Иргиз»), роман
  • Кадыр Даян, «Шайморатов генерал» («Генерал Шаймуратов»), стихотворение
  • Мавлит Ямалетдинов, «Ҡуласа» («Колесо»), роман
  • Гали Ибрагимов, «Кинйә» («Кинзя»), роман
  • Абдулхак Игебаев, «Ҡурай» («Курай»), стихотворение
  • Мирас Идельбаев, «Иҙел йорт» («Идель-дом»), роман
  • Барий Нугуманов, «Ҡурай моңо» («Песня курая»), стихотворение
  • Спартак Ильясов, «Биғылый» («Беглый»), роман
  • Юмабика Ильясова, «Салауат» («Салават»), стихотворение
  • ФаритИсангулов, «Ҡышҡы йәйғор» («Зимняя радуга»), повесть
  • Тамара Искандерия, «Аҙнабикә» («Азнабика»), поэма
  • Гильман Ишкинин, «Ямаулыҡтар» («Заплатки»), стихотворение
  • Ринат Камал, «Таня-Таңһылыу» («Таня-Танхылу»), повесть
  • Тансылу Карамышева, «Тыуған тел» («Родной язык»), стихотворение
  • Мустай Карим, «Ай тотолған төндә трагедия» («В ночь лунного затмения») драма, «Беҙҙең өйҙөң йәме повесть» («Радость нашего дома») повесть, «Уңдым» («Повезло»), стихотворение
  • Марат Каримов, «Етте заман» («Настало время»), стихотворение
  • Джалиль Киекбаев, «Туғандар һәм таныштар» («Родные и знакомые»), роман
  • Гузаль Ситдыкова, «Күсле ил, көслө ил» («Доброе семя – доброе племя»), повесть
  • Ирек Киньябулатов, «Мин – Башҡорт» («Я — башкир»), стихотворение
  • Катиба Киньябулатова, «Атай тауышы» («Голос отца»), повесть
  • Гульназ Кутуев, «Салауат батыр» («Салават-батыр»), стихотворение
  • Фаниль Кузбеков, «Ижад» («Творчество»), стихотворение
  • Хисмат Юлдашев, «Тамыр» («Корни»), стихотворение
  • Рамиль Кул-Давлет, «Быума» («Припадок»), поэма
  • Якуп Кулмый, «Салауат янында» («Рядом с Салаватом»), стихотворение
  • Мунир Кунафин, «Инстинкт», повесть
  • Асхат Мирзагитов, «Әсәләр көтәләр улдарын» («Мамы ждут сыновей»), драма
  • Нугман Мусин, «Мәңгелек урман» («Вечный лес»), роман
  • Кирей Мэргэн, «Бөркөт ҡанаты» («Крыло Беркута»), роман
  • Назар Наджми, «Ҡапҡалар» («Ворота»), поэма
  • Хасан Назар, «Өс һүҙ» («Три слова»), стихотворение
  • Рашит Назаров, «Йөрәк» («Сердце»), стихотворение
  • Рашит Нигмати, «Ултер, улым фашисты!» («Убей, сын мой, фашиста»), поэма
  • Гилемдар Рамазанов, «Ураҡ өҫтө» («Жатва»), стихотворение
  • Булат Рафиков, «Ҡараһаҡал» («Карасакал»), роман
  • Фаузия Рахимгулова, «Уйҙарымды бүлә күрмәгеҙ», («Не тревожьте мои думы»), стихотворение
  • Мукарама Садыкова, «Сәмерғош ҡанат ҡаға» («Зов Жар-птицы»), повесть
  • Рафаэль Сафин, «Ҡыр ҡаҙҙары» («Дикие гуси»), стихотворение
  • Рашит Султангареев, «Кешеләр» («Люди»), повесть
  • Зигат Султанов, «Аттар китте» («Лошади ушли»), стихотворение
  • Аниса Тагирова, «Тыуған тупраҡ» («Родная земля»), стихотворение
  • Равиль Шаммасов, «Уттар» («Огни»), поэма
  • Факия Тугузбаева, «Табыныу» («Преклонение»), поэма
  • Риф Туйгун, «Туҡталҡа» («Остановка»), повесть
  • Раис Туляк, «Яныу» («Гореть»), поэма
  • Ахмер Утябай, «Сәхрә» («Земной рай»), повесть
  • Сабир Шарипов, «Ҡолонташ», повесть
  • Ахияр Хакимов, «Өйөрмә» («Ураган»), роман
  • Яныбай Хамматов, «Бөртөкләп йыйыла алтын» («Золото собирается крупицами»), роман
  • Зульфия Ханнанова, «Мин башҡорт тип, танышығыҙ» («Называйте себя башкиром»), стихотворение
  • Галим Хисамов, «Аҡтамыр», роман
  • Гайса Хусаинов, «Батырҙар ҡиссаһы» («Сказание о батырах»), повесть
  • Рашит Шакур, «Скрипка моңо» («Мелодия скрипки»), поэма
  • Газим Шафиков, «Крючья под ребро», проза
  • Гульфия Юнусова, «Һандуғас моңо» («Песня соловья»), стихотворение
  • Тимер Юсупов, «Улымды эҙләп барам» («В поисках сына»), поэма
  • Гульнур Якупова, «Йыртҡыс ҡаны» («Кровь хищника»), повесть

Сделал и прислал Кайдалов Анатолий.
_____________________
СОДЕРЖАНИЕ
Ёжик и ёлка 3
Думаю, думаю, думаю 5
Кто разбудил меня? 9
Липы цветут 10
Сабантуй 13
Белый дождь 21
Хлеб 25
Аниса 27
ТТТмель 30
Не может быть! 33
Сорока 37
Три воздушных шара 43
Сосед 47
Разговор 59
В гости к бабушке 63
Когда мама поёт 69
Осень у ворот 71
Прощайте! 73
Вот какие чудеса! 75
ЁЖИК И ЁЛКА
Однажды под ёлкой
Раздумывал ёж:
— Чего это так
Я на ёлку похож?
Эй, ёлка!
Не брат ли тебе я
Родной?
Побегай немножко
По лесу со мной…
Но молвила ель:
— Мы с тобой не родня.
Одна — не четыре
Ноги у меня.
Люблю я смотреть,
Как плывут облака,
А ты и на пень
Не залезешь пока…
и ёжик ответил:
— Я буду на травке
Расти
На одной,
На единственной
Лапке,
И тоже зелёным
Когда-нибудь стану,
И небо
Макушкой колючей
Достану.
— Ах, ёжик!
Да тем ты, дружок,
И хорош.
Что в нашем лесу
Ты не ёлка,
А ёж.
Что топаешь ты
По траве.
По тропе,
И птицы,
И ягоды
Рады тебе!
ДУМАЮ, ДУМАЮ, ДУМАЮ.
Думаю, думаю, думаю…
Ласточки вьют
Под крышами гнёзда —
Зачем?
Речка журчит
И хлюпают вёсла —
Зачем?
В небе, как дождик.
Падают звёзды —
Зачем?
Думаю, думаю, думаю.
Смотрит из лужи
На месяц лягушка-
Зачем?
Спит муравей
И тоскует кукушка
Зачем?
Пухом лебяжьим
Набита подушка —
Зачем?
Думаю, думаю, думаю…
Туча горит
Золотою каймою —
Зачем?
Хочется спелой малины
Зимою —
Зачем?
Где-то плывут
Теплоходы по морю
Зачем?
Думаю, думаю, думаю…
Тайны, как тени
Или олени,
Тихо бредут.
Разве случайно?
Разве не тайна
Кроется тут —
В том, что лежу я и думаю?.
КТО РАЗБУДИЛ МЕНЯ?
Кто разбудил на рассвете меня?
Ну кто разбудил на рассвете меня?
Своими усами,
Своими глазами,
Кто разбудил на рассвете меня?
Стала, как облако, синей постель.
Я поглядел — за окошком апрель.
Я посвистел — отозвалась капель.
Но кто разбудил меня?
Грохочут на старой берёзе грачи.
Как будто таскают с утра кирпичи.
Ну да — кирпичи для дворца, для печи…
Но кто разбудил меня?
Ах, вот он — большой, распушившийся кот.
Лукавый мурлыка, оранжевый кот.
Который лениво по небу бредёт —
Своими усами.
Своими глазами.
Своими лучами.
Своими речами —
Он разбудил меня!
ЛИПЫ ЦВЕТУТ
Липы цветут!
Липы цветут!
Пчёлы жужжат —
Липы цветут.
Пчёлы спешат —
Липы цветут.
Липы, липы цветут!
В жёлтой серёжке —
Ах, что за медок!
Певунья-пчела,
Подставляй хоботок
Да капельку мёда
Снеси в холодок —
В медовый
Свой теремок!
Липы цветут!
Липы цветут!
У каждой ограды —
Липы цветут.
Лакомки рады —
Липы цветут.
Липы, липы цветут!
В каждом дворе
Готовят бочонки.
В каждом дворе
Вздыхают девчонки.
И даже мальчишки,
Представьте — мальчишки
Мечтают о тёмной
Медовой
Коврижке!
Липы, липы цветут…
САБАНТУЙ
По дороге, по дорожке
В кузовах и на подножке,
Кто в повозке, кто пешком.
Кто за ручку, кто верхом —
Сабантуй,
Сабантуй,
Сабантуй!
Ты на поле — я на поле!
Ты спешишь — а я тем боле!
Ты сосед — и я сосед!
Одолжи велосипед!
Сабантуй,
Сабантуй,
Сабантуй!
Поле. Музыка. Толпа.
На ковре идёт борьба.
А под хохот до флажка
Скачут, скачут два мешка.
Сабантуй,
Сабантуй,
Сабантуй!
Мягко топают копыта,
Ловят девушку джигиты,
Но успела — ой-ля-ля! —
Увернуться Джамиля!
Сабантуй,
Сабантуй,
Сабантуй!
Мне не надо, мне не надо
Ни подарка, ни награды.
Мне бы только стать джигитом
Настоящим, знаменитым!
Сабантуй,
Сабантуй,
Сабантуй!
Продираюсь сквозь толпу.
Не спеша иду к столбу.
Лезу вверх без остановок —
Я ль не смел и я ль не ловок?
Сабантуй,
Сабантуй,
Сабантуй!
Льётся пот, едва дышу —
На столбе верхом сижу!
Люди хлопают в ладоши.
Мой сосед захлопал тоже.
Сабантуй,
Сабантуй,
Сабантуй!
Мне не надо, нет, не надо
Ни подарка, ни награды!
Правда, если за победу.
Дарят вам велосипед,—
Отказаться силы нет!
Сабантуй,
Сабантуй,
Сабантуй!
БЕЛЫЙ ДОЖДЬ
Ну где, кроме фермы,
Молочный бидон
Поёт, словно колокол:
» Дон-дили-дон-н!»?
Ну где, кроме фермы,
На свете найдёшь
Молочный,
Звенящий в подойники
Дождь?
Там в знак уваженья.
Любви и доверья
Лизнёт вашу руку
Телёнок у двери.
Зиля сюда входит
В косыночке яркой,
Совсем невеличка —
Но чем не доярка!
Посмотрит Зиля,
Как работает мама,
И всё повторяет
За мамой упрямо:
Подойники вымоет.
Пол подметёт.
Вот мама запела
И дочка поёт.
Но кто это с девочки
Сдёрнул косынку?
Приходится девочке
Брать хворостинку.
Четыре копытца
Бегут наутёк,
И прячется
Пёстрый бычок
В закуток.
Ну где, кроме фермы.
Ну где на земле
Так было бы весело
Нашей Зиле?
ХЛЕБ
Замесила мама тесто.
Дышит тесто в тишине.
Стало душно, стало тесно
Тесту в глиняной квашне.
Тёплое,
Сдобное,
Толстое,
Доброе—
Ай да тесто! Разрезает
Мама тесто на куски.
А в печи огонь стихает.
Полыхают угольки:
Яркие,
Горячие,
Сказочные,
Зрячие!
Жар в печи хлеба румянит.
В потолок летят лучи.
Тёплой дрёмою туманит
Запах хлеба из печи —
Ласковый,
Чудный,
Домашний,
Уютный.
Выплывают караваи,
Как высокие холмы.
Так и пышут, выплывая:
— Заждались? А вот и мы!
Нас пекли
С любовью —
Ешьте
На здоровье!
Молоко налито в кружку.
Хлеб горячий на столе.
Золотистую горбушку
Отрезают Танзиле —
С корочкой
Блестяш,ею,
Вкусною,
Хрустящею!
АНИСА
Вышивала кукле платье
Аниса,
Получались не узоры —
Чудеса!
Пела песню — добела отмыла
Пол.
Застелила полотенцем ярким
Стол.
После глину замесила,
Как могла,
И на солнышке ватрушки
Испекла.
Вышла с куклою своею
На крыльцо,
Помогла ей вымыть руки
И лицо.
А теперь — добро пожаловать
К столу!
Льётся чай из самовара
В пиалу.
И, наверное, завидовали
Все:
Куклы — кукле, а подружки
Анисе.
ШМЕЛЬ
Я бежал,
Бежал,
Бежал.
Зверь за мной
Жужжал,
Жужжал.
Я бежал — и вдруг споткнулся
О большущий белый гриб.
Я споткнулся, кувыркнулся
И подумал: я погиб.
я лежал,
Лежал,
Лежал.
Зверь жужжал.
Жужжал,
Жужжал:
Жу-жу-жу—уж-жасно ж-жарко.
Жу-жу-жу—уж-жасно ж-жалко.
Что уж-жасно вы устали
И реш-шили отдохнуть!
Где ж-же клевер, сладкий клевер?
Я летал на юг, на север,
Пож-жалейте, укаж-жите
До луж-жайки ближ-жний путь…
Я махнул ему рукой
На лужайку за рекой.
И помчался он сквозь чащу.
Сделав плавный разворот.
Словно маленький
жужжащий
Золотистый вертолёт.
НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!
Дамир — ужасный человек,
За что его любить?
Что ни скажи—один ответ:
— Ну, нет — не может быть!
Скажи ему:—Поспел горох…
Он думает: «Подвох!»
Скажи: —Над речкою туман.
Он думает: «Обман!»
Скажи ему: — Пойдём удить,
В реке плотвы полно!
А он своё: —Не может быть.
Не может быть, не может быть!
Не верит всё равно.
Никто не любит во дворе
Дамира, и вчера
Одна идея детворе
Пришла на ум с утра.
И вот, под деревянный гриб
Забравшись в холодок,
В зубах с ватрушкою Талип
На лавочку прилёг.
— Ты что тут делаешь? — его
Дамир за всех спросил.
— Не беспокойтесь, ничего.
Объелся—нету сил.
Дамиру мама испекла
Ватрушки и пирог.
Да вот ещ,ё с собой дала,
Но я доесть не мог.
Сказал Карим:—Не может быть!
Зиля за ним: —Не может быть!
И каждый следом за другим
Сказал: —Не может быть!
И тут Дамир давай кричать:
— А вот и может быть!
И тут Дамир — домой бежать:
— А вот и может быть!
Он напугал отца и мать:
— А вот и может быть!
Откуда только, не понять.
Взялась такая прыть?
Чтоб так смеялась детвора,
Я в жизни не слыхал.
Вскочил Талип, кричит «ура!»,
Ватрушкой замахал.
«Ура!» — катался по земле
От хохота Карим.
И было весело Зиле,
И мне, и остальным.
На славу шутка удалась.
Такое не забыть.
Постойте, кто сказал из вас:
— Ну, нет — не может быть!
СОРОКА
В чёрном камзоле и в белой манишке
Сорока на ветке трещит.
Если рогатки достали мальчишки —
Сорока на ветке треш,ит.
Если на улей медведь навалился—
Сорока на ветке треш;ит.
Если охотник в лесу притаился —
Сорока на ветке треш,ит.
Заяц трясётся, когда без умолку
Сорока на ветке трещит.
Зябко становится серому волку—
Сорока на ветке трещит.
Зябликов зяблик под крылышком прячет
Сорока на ветке трещит.
«Скверные новости!—белки судачат.—
Сорока на ветке трещит!»
Бросят с досады рогатки мальчишки-
И сразу она замолчит.
Щишкой вспугнёт косолапого мишку-
И сразу она замолчит.
Зверь или птица спасибо ей скажет —
Тотчас она замолчит.
Или сама на полянке запляшет —
Хвостиком машет, молчит.
Если трепдать перестала сорока —
Пой да гуляй, миновала тревога!
ТРИ ВОЗДУШНЫХ ШАРА
У Зилй — три шара.
Три воздушных шара.
Словно три фонаря
Посредине двора,
Словно куклы в театре,
На нитках с утра
Пляшут, кружат, поют
Три воздушных шара.
Голубой разыгрался,
Рванулся — и вот
В небеса голубые,
Качаясь, плывёт.
Длинным хвостиком
Весело машет Зиле,
Машет братьям своим
И далёкой земле.
А потом и зелёный
Рванулся из рук,
На берёзе повис,
Зацепившись за сук.
Посмотрел на Зилю,
Покачал головой.
Словно стал он и сам
Молодою листвой.
и осталась Зиля
Только с красным шаром.
Обняла его нежно,
Внесла его в дом.
Завтра праздник,
Пойдёт на парад детвора,
Как же можно идти
Без такого шара?..
СОСЕД
Вы дядю Володю
Видали хоть раз?
Ну, значит, вы не были
В доме у нас.
А то бы вы знали,
А то бы гордились.
Что в лифт
Вместе с ним
Не однажды садились.
Живу я на пятом,
А он — на шестом:
Я выйду,
А дядя Володя—потом.
Бывало, спешит он
В руке чемоданчик
Спешит, как на поезд
Какой-нибудь дачник.
В трамвай не садится,
А скачет по лужам.
Сутул и неловок,
И вечно простужен.
У цирка в толпе.
Если спросят билет.
Он грустно ответит.
Что лишнего нет.
И старую шляпу
Натянет пониже —
Над ним даже клоун
Смеётся с афиши.
А кстати, вы видели
Клоуна в цирке?
Катает он ослика
На мотоцикле,
Потом на канате —
Нога на ноге —
Лежит и качается,
Как в гамаке.
На нём башмаки
С удивительным скрипом,
И в клеточку брюки,
А волосы — дыбом.
Когда он танцует —
Ну, просто умора! —
Под звуки
Большого кошачьего хора.
То он арифметике
Учит дворняжку.
То он всё никак
Не поймает подтяжку.
То гирю, кряхтя,
На арену выносит —
Согнётся, качнётся
И в публику бросит,
И публика ахнет,
А гиря, как мячик.
По спинам, по лысинам
Весело скачет.
А если он плачет,
То слёзы из глаз
В партере окатят
Любого из вас.
Так вспомнили клоуна?
Звать его — Рыжий,
Тут даже не надо
Сверяться с афишей,
я знаю его
И открою секрет:
Тот клоун известный,
Тот клоун чудесный,
Тот клоун…
Ну, словом,
И есть мой сосед!
Погаснут огни,
Опустеет арена.
Никто не узнает,
Как ноет колено.
Никто не увидит
Усталого взгляда.
Нарик в чемодане,
И смыта помада,
Он дядей Володей
Становится снова…
Мы в лифте встречаемся,
Честное слово!
Живу я на пятом,
А он — на шестом.
Я выйду,
А дядя Володя — потом.
РАЗГОВОР
Под берёзою в теньке
У ворот соседа
На собачьем языке
Виль завёл беседу:
— Сколько будет дважды два,
Гав, гав?
Пёс задумался сперва:
— Гав, гав!
Виль хохочет:
— Вот и нет,
Гав, гав!
Пёс оскалился в ответ:
— Гав, гав!
— Ах, ты так?!’—притопнул Виль.
Гав, гав?!
Прыгнул пёс, взметая пыль:
— Гав, гав!
Всем понятен этот лай:
— А ну, проваливай давай!!!
Мальчик с палкою в руке
У ворот соседа
На собачьем языке
Продолжал беседу:
— К честным людям пристаёшь,
Гав, гав?!
Пёс рычит, что это ложь:
— Гав! Гав!
— Это я, выходит, вру,
Гав, гав?!
Скрылся пёс за конуру:
— Гав, гав!
Только высунь глупый нос,
Гав, гав!
«Укушу!» —
— Гав, гав!
подумал пёс:
Как он бросится стремглав:
— Гав, гав!
Разорвал в клочки рукав:
— Гав, гав!
Разорвал штаны на Виле —
Вот и всё.
Поговорили…
В ГОСТИ К БАБУШКЕ
Едем, едем к бабушке
В гости
На оладушки!
Бабушка-кудесница
Забралась на лестницу:
Слышит поезда гудки —
Значит, гости рядом!
Смотрит вдаль из-под руки
Пограничным взглядом.
Как увидела меня,
» Ба-тюшки!» — пропела.
Словно курица с плетня—
С лестницы слетела:
— Это надо ж, батюшки.
Кто приехал к бабушке?..
Ах, как бабушка красива,
Нет прекраснее лица!
— Руки мыл? — она спросила.
Строго глядя на отца.
Ну-ка марш, разбойники.
За мной под рукомойники!
Вместе с мамой у печи
Бабушка колдует,
Тронет с жару калачи
И на палец дует.
Отберёт у мамы тесто:
— Отдохни пока, невестка.
Говорит ей «лапушка!»
Любит маму бабушка.
Ну, a я альбом достану,
Чтоб не думать про еду—
Про чак-чак и про сметану.
Про оладьи на меду.
Вот на фотокарточке
Девчонка в пёстром фартучке.
А на этом жёлтом снимке
Возле поезда она
С юным дедушкой в обнимку-
Сразу видно: влюблена!
И была тогда война…
Но пора за стол садиться.
Над посудою клубится
Голубой, прозрачный пар:
Я и вилкой, я и ложкой —
За грибами, за картошкой.
А под тряпочной матрёшкой
Млеет потный самовар.
Тёплый вечер за окном.
В комнате стемнело.
У постели перед сном
Бабушка мне пела:
— Баю-баю-баюшки,
Баю-баю-баюшки,
Баю-баю-баюшки…
Хорошо у бабушки!
КОГДА МАМА ПОЁТ
Становится мама
Ну, просто девчонкой —
Со взглядом лучистым,
С весёлою чёлкой:
Поёт — и стирает.
Поёт — и утюжит,
Поёт — и, зажмурясь.
По комнате кружит!
И кажется —
Нет за окошком метели,
И вот соловьи
На рябине запели.
Сверкают, как струны,
Ручьи и капели.
«Курлы!» — это к нам
Журавли прилетели.
Зелёные ветры
Вернулись из странствий,
И озеро с лодкой
Целуется: «Здравствуй!»
Все любят друг друга
И счастья желают,
И даже цепные собаки
Не лают,
И даже наш кот
Ни за что не зевнёт,—
Когда моя мама поёт…
ОСЕНЬ У ВОРОТ
Кап-кап-кап!
Это осень стоит у ворот,
И ворота скрипят
День и ночь напролёт.
Тихо осень стучит,
Осыпая цветы:
— Кап-кап-кап! —
Чуть доносится
Из темноты.
Нет, я осень к себе
Не впущу ни за что!
Разве летом хоть раз
Надевал я пальто?
Всё-то осень затопчет,
Замочит дождём —
Не впущу! Пусть поёт
Соловей над окном,
И кузнечик трещит,
И сверкает роса,
И трепещет
Огнём голубым
Стрекоза!
— Кап-кап-кап! —
Это осень заплакала вдруг. —
Кап-кап-кап, разве людям
Я вовсе не друг?
Ты поверь,
Я без дела сидеть не люблю:
И Зиму я кормлю,
И Весну я кормлю,
Золотою рекою
Теку в закрома,
Караваем душистым
Вхожу я в дома.
Гроздья спелой калины
Серёжки мои,
А ночные дожди —
То мои соловьи.
Бродят по лесу сказки
Осеннего дня.
Разве было б тебе
Хорошо без меня?
Со скрипучих ворот
Снял я крепкий запор —
И с туманами осень
Ступила на двор…
ПРОЩАЙТЕ!
Над озером дикие гуси летят.
На жёлтые листья печально глядят.
Прощайте! Скорей возвращайтесь назад.
Прощайте!
Прощай, земляника в овраге лесном!
Прощайте, волнушки под тихим кустом!
И пчёлы — спешите в свой маленький дом,
Прощайте!
Прощайте, прощайте, друзья-муравьи!
Заприте хвоинками двери свои.
Вас утром апрельским разбудят ручьи.
Прощайте!
Пора возвращаться из леса домой.
Ну что ж, до свиданья, прощайтесь со мной.
Пусть будет тепло вам холодной зимой.
Прощайте!..
ВОТ КАКИЕ ЧУДЕСА!
Что за диво,
Что за чудо из чудес?!
По лыжне бежит Лейла
В дремучий лес.
То по полю,
То с горы летит Лейла,—
А вчера
Ступить и шагу не могла!
Да и лыжи от неё
Куда-то в бок.
Словно рыбы.
Ускользали из-под ног.
Что за диво,
Что за чудо из чудес?
Заяц выскочил
Лейле наперерез.
Кувыркнулся,
Отряхнулся на снегу:
— Можно я
С тобою вместе побегу?
Ах, как страшно.
Как таинственно в лесу!
Держит ель
Гирлянды снега на весу.
Скачет белка,
А за нею — всех подряд! —
Звёздной пылью осыпает
Снегопад.
Сквозь орешник
Лось выходит на тропу
И трубит
В свою волшебную трубу,
А лосёнок и лосиха
Из кустов
Осторожно откликаются
На зов.
Что за диво.
Что за чудо из чудес?
Белый заяц
В белом сумраке исчез,
А волчиш;е тут как выпрыгнет
Беда!
Даже лыжи разбежались
Кто куда.
Тут другой бы закричал.
Залез в сугроб.
А Лейла волчищу палкой
По лбу — хлоп!
Лыжной палкой
Как ударит—
Вот дела!
Волчья шкура
Не осталась бы цела,
Ну, конечно,
Не осталась бы цела.
Если только
Не проснулась бы Лейла.
Потянулась и сказала:
— Всё равно ему попало!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *