Рассказы про осень

Рассказы об Осени русских писателей для 3 класса

Рассказы на осеннюю тематику для учащихся начальной школы

Г. Скребицкий «Четыре художника. Осень»

Для своей работы Художник-Осень взяла самые яркие краски и прежде всего отправилась с ними в лес. Там и принялась за свою картину.

Берёзы и клёны она покрыла лимонной желтизной. А листья осинок разрумянила, будто спелые яблоки. Стал осинник весь ярко- красный, весь как огонь горит.

Забрела Осень на лесную поляну. Стоит посреди поляны столетний дуб-богатырь, стоит, густой листвой потряхивает.

Думает Осень: «Нужно богатыря в медную кровавую броню одеть».

Так и обрядила старика.

Глядит — а неподалёку, на самом краю поляны, густые, развесистые липы в кружок собрались, ветви вниз опустили. Им больше всего подойдёт тяжёлый убор из золотой парчи.

Все деревья и даже кусты разукрасила Осень по-своему, по-осеннему: кого одела в жёлтый наряд, кого в ярко-красный. Одни только сосны да ели не знала она, как разукрасить. У них ведь на ветках не листья, а иглы, их и не разрисуешь. Пусть какими были летом, такими и останутся.

Вот и остались сосны да ели по-летнему тёмно-зелёными. И от этого ещё ярче, ещё наряднее сделался лес в своём пёстром осеннем уборе.

Отправилась Осень из леса в поля, в луга, убрала с полей золотые хлеба, а в лугах душистые копны сена сметала в высокие, словно башни, стога.

Опустели поля и луга, ещё шире, просторнее стали. И потянулись над ними в осеннем небе косяки перелётных птиц: журавлей, гусей, уток…

К. Паустовский «Барсучий нос»

Озеро около берегов было засыпано ворохами жёлтых листьев. Их было так много, что мы не могли ловить рыбу. Лески ложились на листья и не тонули.

Приходилось выезжать на старом челне на середину озера, где доцветали кувшинки и голубая вода казалась чёрной, как дёготь.

Там мы ловили разноцветных окуней. Они бились и сверкали в траве, как сказочные японские петухи. Мы вытаскивали оловянную плотву и ершей с глазами, похожими на две маленькие луны. Щуки ляскали на нас мелкими, как иглы, зубами.

Стояла осень в солнце и туманах. Сквозь облетевшие леса были видны далёкие облака и синий густой воздух. По ночам в зарослях вокруг нас шевелились и дрожали низкие звёзды.

У нас на стоянке горел костёр. Мы жгли его весь день и ночь напролёт, чтобы отгонять волков, — они тихо выли по дальним берегам озера. Их беспокоили дым костра и весёлые человеческие крики.

Мы были уверены, что огонь пугает зверей, но однажды вечером в траве у костра начал сердито сопеть какой-то зверь. Его не было видно. Он озабоченно бегал вокруг нас, шумел высокой травой, фыркал и сердился, но не высовывал из травы даже ушей.

Картошка жарилась на сковороде, от неё шёл острый вкусный запах, и зверь, очевидно, прибежал на этот запах.

С нами был маленький мальчик. Ему было всего девять лет, но он хорошо переносил ночёвки в лесу и холод осенних рассветов. Гораздо лучше нас, взрослых, он всё замечал и рассказывал.

Он был выдумщик, но мы, взрослые, очень любили его выдумки. Мы никак не могли, да и не хотели доказывать ему, что он говорит неправду. Каждый день он придумывал что-нибудь новое: то он слышал, как шептались рыбы, то видел, как муравьи устроили себе паром через ручей из сосновой коры и паутины.

Мы делали вид, что верили ему.

Всё, что окружало нас, казалось необыкновенным: и поздняя луна, блиставшая над чёрными озёрами, и высокие облака, похожие на горы розового снега, и даже привычный морской шум высоких сосен.

Мальчик первый услышал фырканье зверя и зашипел на нас, чтобы мы замолчали. Мы притихли. Мы старались даже не дышать, хотя рука невольно тянулась к двустволке, — кто знает, что это мог быть за зверь!

Через полчаса зверь высунул из травы мокрый чёрный нос, похожий на свиной пятачок. Нос долго нюхал воздух и дрожал от жадности. Потом из травы показалась острая морда с чёрными пронзительными глазами. Наконец показалась полосатая шкурка.

Из зарослей вылез маленький барсук. Он поджал лапу и внимательно посмотрел на меня. Потом он брезгливо фыркнул и сделал шаг к картошке.

Она жарилась и шипела, разбрызгивая кипящее сало. Мне хотелось крикнуть зверьку, что он обожжётся, но я опоздал — барсук прыгнул к сковородке и сунул в неё нос…

Запахло палёной кожей. Барсук взвизгнул и с отчаянным воплем бросился обратно в траву. Он бежал и голосил на весь лес, ломал кусты и плевался от негодования и боли.

На озере и в лесу началось смятение. Без времени заорали испуганные лягушки, всполошились птицы, и у самого берега, как пушечный выстрел, ударила пудовая щука.

Утром мальчик разбудил меня и рассказал, что он сам только что видел, как барсук лечит свой обожжённый нос. Я не поверил.

Я сел у костра и спросонок слушал утренние голоса птиц. Вдали посвистывали белохвостые кулики, крякали утки, курлыкали журавли на сухих болотах — мшарах, плескались рыбы, тихо ворковали горлинки. Мне не хотелось двигаться.

Мальчик тянул меня за руку. Он обиделся. Он хотел доказать мне, что он не соврал. Он звал меня пойти посмотреть, как лечится барсук.

Я нехотя согласился. Мы осторожно пробрались в чащу, и среди зарослей вереска я увидел гнилой сосновый пень. От него тянуло грибами и йодом.

Около пня, спиной к нам, стоял барсук. Он расковырял пень и засунул в середину пня, в мокрую и холодную труху, обожжённый нос.

Он стоял неподвижно и холодил свой несчастный нос, а вокруг бегал и фыркал другой маленький барсучок. Он волновался и толкал нашего барсука носом в живот. Наш барсук рычал на него и лягался задними пушистыми лапами.

Потом он сел и заплакал. Он смотрел на нас круглыми и мокрыми глазами, стонал и облизывал своим шершавым языком больной нос. Он как будто просил о помощи, но мы ничем не могли ему помочь.

Через год я встретил на берегах этого же озера барсука со шрамом на носу. Он сидел у воды и старался поймать лапой гремящих, как жесть, стрекоз.

Я помахал ему рукой, но он сердито чихнул в мою сторону и спрятался в зарослях брусники.

С тех пор я его больше не видел.

И. Соколов-Микитов «Листопадничек»

Осенью, когда осыпался с деревьев золотой лист, родились у старой зайчихи на болоте три маленьких зайчонка.

Называют охотники осенних зайчат листопадничками. Каждое утро смотрели зайчата, как разгуливают журавли по зелёному болоту, как учатся летать долговязые журавлята.

— Вот бы и мне так полетать, — сказал матери самый маленький зайчонок.

— Не говори глупости! — строго ответила старая зайчиха. — Разве зайцам полагается летать?

Пришла поздняя осень, стало в лесу скучно и холодно. Стали собираться птицы к отлёту в тёплые страны. Кружат над болотом журавли, прощаются на всю зиму с милой зелёной родиной. Слышится зайчатам, будто это с ними прощаются журавли:

— Прощайте, прощайте, бедные листопаднички!

Улетели в далёкие страны крикливые журавли. Залегли в тёплых берлогах лежебоки- медведи; свернувшись в клубочки, заснули колючие ежи; спрятались в глубокие норы змеи.

Стало ещё скучнее в лесу. Заплакали листопаднички-зайчата:

— Что-то будет с нами? Замёрзнем зимой на болоте.

— Не говорите глупости! — ещё строже сказала зайчиха. — Разве замерзают зайцы зимой? Скоро вырастет на вас густая, тёплая шёрстка. Выпадет снег, будет нам в снегу тепло и уютно.

Успокоились зайчата. Только один, самый маленький Листопадничек — зайчонок никому покоя не даёт.

— Оставайтесь здесь, — сказал он своим братьям. — А я один побегу за журавлями в тёплые страны.

И убежал тихонько из родного гнезда маленький зайчонок искать журавлиные тёплые страны.

Бежал, бежал Листопадничек по лесу, прибежал к глухой лесной речке. Видит, бобры строят на речке плотину. Подгрызут острыми зубами толстое дерево, ветер подует, упадёт дерево в воду. Запрудили речку, можно ходить по плотине.

— Скажите, дяденьки, зачем вы валите такие большие деревья? — спрашивает Листопадничек бобров.

— Мы для того валим деревья, — говорит старый Бобр, — чтобы заготовить на зиму корм и новую хатку поставить для наших маленьких бобряток.

— А тепло в вашей хатке зимой?

— Очень тепло, — отвечает седой Бобр.

— Пожалуйста, возьмите меня в вашу хатку, — просит маленький зайчонок.

Переглянулись Бобр с Бобрихой и говорят:

— Взять тебя можно. Наши бобрятки будут рады. Только умеешь ли ты плавать и нырять?

— Нет, зайцы плавать и нырять не умеют. Но я скоро у вас научусь, буду хорошо плавать и нырять.

— Ладно, — говорит Бобр, — вот наша новая хатка. Она почти готова, осталось только крышу доделать. Прыгай прямо в хатку.

Прыгнул Листопадничек в хатку. А в бобровой хатке два этажа. Внизу, у воды, приготовлен корм для бобряток — мягкие ивовые ветки. Наверху настлано свежее сено. В уголке на сене сладко-сладко спят пушистые бобрятки.

Не успел хорошенько осмотреться зайчонок, бобры над хаткой крышу поставили. Один обглоданные палки таскает, другой замазывает крышу илом. Толстым хвостом громко пришлёпывает, как штукатур лопаткой. Ходко работают бобры.

Поставили бобры крышу, стало в хатке тепло. Вспомнил Листопадничек своё светлое гнездо, старую мать-зайчиху и маленьких братьев.

«Убегу-ка в лес, — думает Листопадничек. — Здесь темно, сыро, можно замёрзнуть».

Скоро вернулись бобры в свою хатку. Отряхнулись внизу, обсушились.

— Ну как, — говорят, — как ты себя чувствуешь, зайчонок?

— У вас всё очень хорошо, — говорит Листопадничек. — Но мне нельзя здесь долго оставаться. Мне пора в лес.

— Что делать, — говорит Бобр, — если нужно, ступай. Выход из нашей хатки теперь один — под водою. Если научился хорошо плавать и нырять — пожалуйста.

Сунул Листопадничек лапу в холодную воду:

— Бр-р-р! Ах, какая холодная вода! Уж лучше, пожалуй, у вас на всю зиму останусь, я не хочу в воду.

— Ладно, оставайся, — говорит Бобр. — Мы очень рады. Будешь у наших бобряток нянькой, будешь им корм приносить из кладовой. А мы пойдём на реку работать, деревья валить. Мы звери трудолюбивые.

Остался Листопадничек в бобровой хатке. Проснулись бобрятки, пищат, проголодались. Целую охапку ивовых мягких веток притащил для них из кладовой Листопадничек. Очень обрадовались бобрятки, стали глодать ивовые ветки — быстро-быстро. Зубы у бобров острые, только щепки летят. Обглодали, опять пищат, есть просят. Намучился Листопадничек, таская из кладовой тяжёлые ветки. Поздно вернулись бобры, стали прибирать свою хатку. Любят бобры чистоту и порядок.

— А теперь, — сказали они зайчонку, — пожалуйста, садись с нами кушать.

— Где у вас репка лежит? — спрашивает Листопадничек.

— Нет у нас репки, — отвечают бобры. — Бобры ивовую и осиновую кору кушают.

Отведал зайчонок бобрового кушанья. Горькой показалась ему твёрдая ивовая кора.

«Эх, видно, не видать мне больше сладкой репки!» — подумал Листопадничек-зайчонок.

На другой день, когда ушли бобры на работу, запищали бобрята — есть просят.

Побежал Листопадничек в кладовую, а там у норы незнакомый зверь сидит, весь мокрый, в зубах большущая рыбина. Испугался Листопадничек страшного зверя, стал изо всех сил колотить лапками в стену, звать старых бобров.

Услыхали бобры шум, мигом явились. Выгнал старый Бобр из норы незваного гостя.

— Это разбойница-выдра, — сказал Бобр, — она нам делает много зла, портит и разоряет наши плотины. Только ты не робей, зайчонок: выдра теперь не скоро покажется в нашей хатке. Я ей хороших тумаков надавал.

Выгнал Бобр выдру, а сам — в воду. И опять остался Листопадничек с бобрятами в сырой, тёмной хатке.

Много раз слышал он, как подходила к хатке, принюхиваясь, хитрая лисица, как бродила возле хатки злая рысь. Жадная росомаха пробовала ломать хатку.

За долгую зиму большого страху натерпелся Листопадничек-зайчонок. Часто вспоминал он своё тёплое гнездо, старую мать-зайчиху.

Раз случилась на лесной речке большая беда. Ранней весною прорвала вода построенную бобрами большую плотину. Стало заливать хатку.

— Вставайте! Вставайте! — закричал старый Бобр. — Это выдра испортила нашу плотину.

Бросились вниз бобрята — бултых в воду! А вода всё выше и выше. Подмочила зайчонку хвостик.

— Плыви, зайчонок! — говорит старый Бобр. — Плыви, спасайся, а то пропадёшь!

У Листопадничка со страху хвостик дрожит. Очень боялся холодной воды робкий зайчонок.

— Ну что с тобой делать? — сказал старый Бобр. — Садись на мой хвост да держись крепче. Я научу тебя плавать и нырять.

Уселся зайчонок на широкий бобровый хвост, крепко лапками держится. Нырнул Бобр в воду, хвостом вильнул — не удержался, как пуля, вылетел Листопадничек из воды. Волей- неволей пришлось к берегу плыть самому. Вышел на берег, фыркнул, встряхнулся — и со всех ног на родное болото.

А старая зайчиха с зайчатами спала в своём гнезде. Обрадовался Листопадничек, прижался к матери.

Не узнала зайчиха своего зайчонка:

— Ай, ай, кто это?

— Это я, — сказал Листопадничек. — Я из воды. Мне холодно, я очень озяб.

Обнюхала, облизала Листопадничка зайчиха, положила спать в тёплое гнездо. Крепко- крепко заснул возле матери в родном гнезде Листопадничек.

Утром собрались слушать Листопадничка зайцы со всего болота.

Рассказал он братьям и сёстрам, как бегал за журавлями в тёплые страны, как жил у бобров, как научил его старый Бобр плавать и нырять.

С тех пор по всему лесу прослыл Листопадничек самым храбрым и отчаянным зайцем.

Н. Сладков «Осень на пороге»

— Жители леса! — закричал раз утром мудрый Ворон. — Осень у лесного порога, все ли к её приходу готовы?

Как эхо, донеслись голоса из леса:

— Готовы, готовы, готовы…

— А вот мы сейчас проверим! — каркнул Ворон. — Перво-наперво осень холоду в лес напустит — что делать станете?

Откликнулись звери:

— Мы, белки, зайцы, лисицы, в зимние шубы переоденемся!

— Мы, барсуки, еноты, в тёплые норы спрячемся!

— Мы, ежи, летучие мыши, сном беспробудным уснём!

Откликнулись птицы:

— Мы, перелётные, в тёплые края улетим!

— Мы, осёдлые, пуховые телогрейки наденем!

— Вторым делом, — Ворон кричит, — осень листья с деревьев сдирать начнёт!

— Пусть сдирает! — откликнулись птицы. — Ягоды видней будут!

— Пусть сдирает! — откликнулись звери. — Тише в лесу станет!

— Третьим делом, — не унимается Ворон, — осень последних насекомых морозцем прищёлкнет!

Откликнулись птицы:

— А мы, дрозды, на рябину навалимся!

— А мы, дятлы, шишки начнём шелушить!

— А мы, щеглы, за сорняки примемся!

Откликнулись звери:

— А нам без мух-комаров спать будет спокойней!

— Четвёртым делом, — гудит Ворон, — осень скукою донимать станет! Туч мрачных нагонит, дождей нудных напустит, тоскливые ветры науськает. День укоротит, солнце за пазуху спрячет!

— Пусть себе донимает! — дружно откликнулись птицы и звери. — Нас скукою не проймёшь! Что нам дожди и ветры, когда мы в меховых шубах и пуховых телогрейках! Будем сытыми — не заскучаем!

Хотел мудрый Ворон ещё что-то спросить, да махнул крылом и взлетел.

Летит, а под ним лес, разноцветный, пёстрый — осенний.

Осень уже перешагнула через порог. Но никого нисколечко не напугала.

Н. Сладков «Почему ноябрь пегий»

Высунулась из-за леса снеговая туча, наделала в лесу переполоху!

Увидал тучу Заяц-беляк да как заверещит:

— Скорей, туча, скорей! Я давным-давно белый, а снегу всё нет да нет! Того и гляди, охотники высмотрят!

Услыхала туча Зайца и двинулась в лес.

— Нельзя, туча, назад, назад! — закричала серая Куропатка. — Землю снегом засыплешь — что я есть стану? Ножки у меня слабые, как я до земли дороюсь?

Туча двинулась назад.

— Давай вперёд, нечего пятиться! — заворчал Медведь. — Засыпай берлогу мою скорей: от ветра и мороза укрой, от глаза чужого спрячь!

Туча помедлила и опять двинулась в лес.

— Сто-ой, сто-ой! — завыли волки. — Насыплешь снегу — ни пройти, ни пробежать. А нас, волков, ноги кормят!

Туча заколыхалась — остановилась.

А из лесу крик и вой.

— Лети к нам, туча, засыпай лес снегом! — кричат одни.

— Не смей снег высыпать! — воют другие. — Назад поворачивай!

Туча то вперёд, то назад. То посыплет снежком, то перестанет.

Потому-то ноябрь и пегий: то дождь, то снег, то мороз, то оттепель.

Где снежок белый, где земля чёрная.

Ни зима, ни осень!

Е. Носов «Лесной хозяин»

Светлой памяти И.И. Шишкина

В пору листопада я хожу в лес запасать удилища из лещины. Зимой до орешника не доберёшься: метровые сугробы по кустам наметены. Летом же в густой зелени трудно высмотреть подходящий строй. Срубишь, глядь — то комель искривлён, то вершина раздвоена.

Зато осенью выберешь, что тебе надо. Орешник стоит светел, видна каждая ветка. Все вершинки, не торопясь, оглядеть можно. У орешника такая особенность: начинает ронять лист с самых высоких побегов.

Дед Проша вызвался показать место с хорошей лещиной. Он трусит спорой рысцой впереди меня. Голенища его резиновых сапог гулко шлёпают по тощим икрам. Лохматая шапка подстреленным тетеревом мелькает над

кустами: одно ухо обвисло, другое, отвёрнутое, вскидывается при каждом шаге. Дед рад случаю промяться, а потому и суетлив, и болтлив без удержу.

Я тоже рад предстоящей встрече с осенним лесом. Иду, как в картинную галерею, ещё раз взглянуть на давно знакомые полотна, что ежегодно выставляет напоказ золотая осень. Глаз насторожён и жаден: не хочется ничего упустить.

У самого края леса в зарослях болотного вереска блеснуло озерко с тёмной водой цвета крепко заваренного чая. На его поверхности цветная мозаика из листьев, занесённых ветром. У берега горбится старая вершина, брошенная за ненадобностью. Это — Поленов.

А на косогоре узнаю Левитана. Тонконогие осинки застенчиво толпятся у опушки, о чём-то перешёптываются сразу всеми своими листьями. Трепещут листья на ветру и мелькают, то поворачиваясь к солнцу золотом, то серебром изнанки. И путается в этом живом, колеблющемся кружеве и тоже трепещет ясная синева осеннего неба.

Позади молодого осинника высится многоколонным фасадом старый лес. Из его глубин, как из музейного здания, тянет тонкими запахами древности. Среди стволов-колонн затаилась гулкая тишина, и слышно, как, падая, шуршит, цепляясь за ветки, оброненный деревом лист.

У края леса дед останавливается, стаскивает треух и торопливо крестится. Обычай, дошедший из глубины веков, от языческого суеверия. Я тоже медленно снимаю шапку, но не как язычник. Я вхожу под своды леса, как в залы неповторимого шишкинского гения.

Мы идём мимо развешенных полотен по пестротканой лесной дорожке. Она то желтеет лимонными листьями берёз, то розовеет осыпью бересклета, то окрашивается в оранжевое и багровое, когда пробираемся под осинами. Узорчатые листья рябины стали пунцово- красными, и в тон им, только ещё ярче, пламенеют тяжёлые кисти ягод. Тропинка ведёт всё дальше и дальше, глаза начинают уставать от ярких красок, а этому беспечному расточительству по-прежнему нет конца.

В глубине, за кострами молодой кленовой поросли, слышатся торопливые прихрамывающие шаги. Дед Проша направляет задранное ухо шапки на звук, прислушивается.

— Заяц?

— Кой там заяц!

— А кто же?

— Чуешь, на одну ногу припадает? Это он!

— Да кто — он?

— Кто, кто!.. Хозяин, вот кто!

Мне не удаётся удержать усмешку, и это сердит старика.

— А смеяться, мил человек, и не из чего. Видать, тебе с ним делов не приходилось иметь.

— А тебе?

— А со мной было…

Дед пересунул топор за пояс поудобнее и опять засеменил по тропе, шлёпая голенищами.

— Той самой зимой пошёл я лесину на ворота поискать. Срубил дубок, отсёк вершину, закрячил бревно на санках. Обратно по наезжей дороге вертаться убоялся. Пошёл прямо по насту. Наст твёрдый, мартовский, держал крепко. Иду, значит. Вот тебе сорока впереди на сук опустилась. Завертела хвостом, затараторила. Бранная птица, хуже бабы. Ничего от неё не утаится. Мышь и та не пробежит. Иду, будто не вижу. А она перелетает с дерева на дерево и поносит меня на весь лес. Не к добру это. Замахнулся шапкой. «Кыш, — кричу, — распроклятая!» За её болтовней не заметил, как и на человека наехал. Навела, шёльма. Кивает тот человек, пальцем подзывает. Подхожу. Этакий ветхий старичок. Полушубок в заплатках, из дыр не овчина, а вроде как мох торчит. «Покажь, говорит, как идти на Сухой Дол». Прикинул я: наша деревня напрямик будет, значит, Сухой Дол по левую руку. «Сюда, — говорю, — по этой дороге ступай». Поклонился старичок, а сам на срубленное дерево глаз скосил. «Валялось, — соврал я, — подобрал, чтобы не пропадало». Ничего не сказал. Только посмотрел стылыми ледышками, покачал головой и заковылял прочь.

— И ты думаешь, он был? — спросил я.

— Ей-богу, он! Пошёл он прочь, а сам так на ногу и припадает. Кому ж быть! Я после того едва из лесу выплутался. Невесть откуда туман взялся. Ничего не видать. А тут ещё наст разъело. Бреду по лесу, ноги вязнут, санки по брюхо проваливаются. А позади слышу: шасть, шасть… Благо, догадался лесину бросить. Тут только и выбрался на дорогу. Да не в свою деревню, а в Сухой Дол и пришёл с огнями… А ты, мил человек, смеялся. Не любит хозяин озорства в лесу. У него каждое дерево, каждая птица на счету. Зорко бережёт. Не сидит на месте, ходит по лесу, пересчитывает. Лесину украсть або живность какую без надобности загубить — пропащее дело…

— А отчего он на ногу припадает?

— Говорят, в войну поранило. Немцы лес из тяжёлых орудий обстреливали. Деревья так с корнем и выворачивало. Три дня чёрной тучей над лесом стоял дым. Ну, значит, осколком его и зацепило. Да только потом немцам дюже за это зло досталось. Кто был в партизанах, рассказывали, будто целый немецкий полк в лесу заблудился. Всех потом партизаны порешили. А я так разумею: тут без хозяина дело не обошлось. С ним шутки плохи.

От деда Проши можно ожидать какого угодно сочинительства. Придумывает он так самозабвенно, что сам, кажется, верит своим словам. Иной раз не поймёшь, то ли правда, то ли вымысел. Но рассказ о лесном хозяине — не его выдумка, разве только прибавил дед, что с ним «нос к носу повстречался». Легенда эта стара, как сам лес, породивший её. Со временем она обкаталась в народе, как камень в морской воде, прежнее стёрлось, взамен придумалось новое, вроде того, что лесной хозяин получил ранение в минувшей войне. Мне она понравилась, эта сказка о лешем, что, прихрамывая, бродит по своим владениям, пересчитывает деревья, бережёт лес от поругания. Хорошая сказка!

Я нагибаюсь и поднимаю с земли свежие, непритоптанные листья. Выбираю самые крупные, самые яркие. Они пестреют всюду, будто мазки красок на палитре великого живописца.

И у меня начинает складываться своя легенда о лесном хозяине…

Я вижу его лицо, простое загорелое лицо лесоруба в мшистой рамке бороды. Серые глаза с зорким прищуром. Сухие хвоинки, осыпавшиеся с дерева, запутались в седеющих волосах.

Я слышу, как он ходит по осеннему лесу, мягко ступая по пестротканому ковру из листьев, дятлом постукивает тростью по стволам и шепчет шорохом листопада: «Этому нет цены… Берегите это, люди». Его добрые глаза светятся радостью, большие натруженные руки ощупывают молодую поросль, шарят в кружеве листвы. И не бежит от него в страхе потревоженный заяц, не кричит, как над чужим, сорока. Он у себя, в своей чудесной мастерской.

Вот он присаживается на пень, раскладывает у ног краски и начинает нерукотворное колдовство… И я, очарованный, смотрю на эти с детства знакомые полотна: сумрачные еловые Дебри, бронзовостволые сосновые боры, светлые, все в солнечных пятнах дубравы, ромашковые опушки, лесные просёлки с лужицами в колеях… Всё это не в золочёных рамах, не в музейных залах. Эти картины развёртываются передо мной во всю ширь. Они возникают по обе стороны тропинки, которая ведёт нас с дедом Прошей в самое сердце леса. Мы идём молча, и каждый несёт в себе свою легенду: он — о лешем, я — о человеке.

Домой мы возвращаемся под вечер.

Я сваливаю под навес связку орешника, а на стол высыпаю собранные листья. Бережно расправляю их и вкладываю между страниц тяжёлой книги. Комната наполняется душным запахом грибов и сырой осенней земли. Веет чем-то бесконечно близким и родным. И этому нет цены.

Павлова «Ждут помощников»

Полуянов «Смотр»

Пришвин «Поздняя осень»

Пословицы и поговорки про осень для школьников

Козлов «Лисичка»

Дети Дома

Осень

И. Соколов-Микитов

Давно улетели на юг щебетуньи-ласточки, а ещё раньше, как по команде, исчезли быстрые стрижи.

В осенние дни слышали ребята, как, прощаясь с милой родиной, курлыкали в небе пролетные журавли. С каким-то особым чувством долго смотрели им вслед, как будто журавли уносили с собой лето.

Тихо переговариваясь, пролетели на теплый юг гуси…

Готовятся к холодной зиме люди. Давно скосили рожь и пшеницу. Заготовили корма скоту. Снимают последние яблоки в садах. Выкопали картошку, свёклу, морковь и убирают их на зиму.

Готовятся и звери к зиме. Проворная белка накопила в дупле орехов, насушила отборных грибов. Маленькие мыши-полевки натаскали в норки зёрен, наготовили душистого мягкого сена.

Поздней осенью строит своё зимнее логово трудолюбивый еж. Целый ворох сухих листьев натаскал он под старый пень. Всю зиму спокойно будет спать под тёплым одеялом.

Всё реже, всё скупее греет осеннее солнышко.

Скоро, скоро начнутся первые морозы.

До самой весны застынет земля-матушка. Все от нее взяли всё, что она могла дать.

Осень

Пролетело веселое лето. Вот и наступила осень. Пришла пора убирать урожай. Ваня и Федя копают картофель. Вася собирает свеклу и морковь, а Феня фасоль. В саду много слив. Вера и Феликс собирают фрукты и отправляют их в школьную столовую. Там всех угощают спелыми и вкусными фруктами.

В лесу

Гриша и Коля пошли в лес. Они собирали грибы и ягоды. Грибы они клали в лукошко, а ягоды в корзинку. Вдруг грянул гром. Солнце скрылось. Кругом появились тучи. Ветер гнул деревья к земле. Пошел крупный дождь. Мальчики пошли к домику лесника. Скоро в лесу стало тихо. Дождь перестал. Выглянуло солнышко. Гриша и Коля с грибами и ягодами отправились домой.

Грибы

Ребята пошли в лес за грибами. Рома нашел под березой красивый подберезовик. Валя увидела под сосной маленький масленок. Сережа разглядел в траве огромный боровик. В роще они набрали полные корзины разных грибов. Ребята веселые и довольные вернулись домой.

Лес осенью

И. Соколов-Микитов

Красив и печален русский лес в ранние осенние дни. На золотом фоне пожелтевшей листвы выделяются яркие пятна красно-жёлтых клёнов и осин. Медленно кружась в воздухе, падают и падают с берёз лёгкие, невесомые жёлтые листья. От дерева к дереву протянулись тонкие серебристые нити лёгкой паутины. Ещё цветут поздние осенние цветы.

Прозрачен и чист воздух. Прозрачна вода в лесных канавах и ручьях. Каждый камешек на дне виден.

Тихо в осеннем лесу. Лишь шелестит под ногами опавшая листва. Иногда тонко просвистит рябчик. И от этого тишина ещё слышнее.

Легко дышится в осеннем лесу. И долго не хочется уходить из него. Хорошо в осеннем цветистом лесу… Но что-то грустное, прощальное слышится и видится в нём.

Природа осенью

Таинственная принцесса Осень возьмет в свои руки уставшую природу, оденет в золотые наряды и промочит долгими дождями. Осень, успокоит запыхавшуюся землю, сдует ветром последние листья и уложит в колыбель долгого зимнего сна.

Осенний день в березовой роще

Тургенев Иван Сергеевич

Я сидел в березовой роще осенью, около половины сентября. С самого утра перепадал мелкий дождик, сменяемый по временам теплым солнечным сиянием; была непостоянная погода. Небо то все заволакивалось рыхлыми белыми облаками, то вдруг местами расчищалось на мгновение, и тогда из-за раздвинутых туч показывалась лазурь, ясная и ласковая…

Я сидел и глядел кругом, и слушал. Листья чуть шумели над моей головой; по одному их шуму можно было узнать, какое тогда стояло время года. То был не веселый, смеющийся трепет весны, не мягкое шушуканье, не долгий говор лета, не робкое и холодное лепетанье поздней осени, а едва слышная, дремотная болтовня. Слабый ветер чуть-чуть тянул по верхушкам. Внутренность рощи, влажной от дождя, беспрестанно изменялась, смотря по тому, светило ли солнце или закрывалось облаками; она то озарялась вся, словно вдруг в ней все улыбалось… то вдруг опять все кругом слегка синело: яркие краски мгновенно гасли… и украдкой, лукаво, начинал сеяться и шептать по лесу мельчайший дождь.

Листва на березах была еще почти вся зелена, хотя заметно побледнела; лишь кое-где стояла одна молоденькая, вся красная или вся золотая…

Ни одной птицы не было слышно: все приютились и замолкли; лишь изредка звенел стальным колокольчиком насмешливый голосок синицы.

***

Осенний, ясный, немножко холодный, утром морозный день, когда береза, словно сказочное дерево, вся золотая, красиво рисуется на бледно-голубом небе, когда низкое солнце уже не греет, но блестит ярче летнего, небольшая осиновая роща насквозь вся сверкает, словно ей весело и легко стоять голой, изморозь еще белеет на дне долин, а свежий ветер тихонько шевелит и гонит упавшие покоробленные листья, — когда по реке радостно мчатся синие волны, тихо вздымая рассеянных гусей и уток; вдали мельница стучит, полузакрытая вербами, и, пестрея в светлом воздухе, голуби быстро кружатся над ней…

***

Куприн Александр Иванович

… К началу сентября погода вдруг резко и совсем неожиданно переменилась. Сразу наступили тихие и безоблачные дни, такие ясные, солнечные и теплые, каких не было даже в июле. На обсохших сжатых полях, на их колючей желтой щетине заблестела слюдяным блеском осенняя паутина. Успокоившиеся деревья бесшумно и покорно роняли желтые листья.

Поздняя осень

Короленко Владимир Галактионович

Наступает поздняя осень. Плод отяжелел; он срывается и падает на землю. Он умирает, но в нем живет семя, а в этом семени живет в «возможности» и все будущее растение, с его будущей роскошной листвой и с его новым плодом. Семя падет на землю; а над землей низко подымается уже холодное солнце, бежит холодный ветер, несутся холодные тучи… Не только страсть, но и самая жизнь замирает тихо, незаметно… Земля все больше проступает из-под зелени своей чернотой, в небе господствуют холодные тона… И вот наступает день, когда на эту смирившуюся и притихшую, будто овдовевшую землю падают миллионы снежинок и вся она становится ровна, одноцветна и бела… Белый цвет — это цвет холодного снега, цвет высочайших облаков, которые плывут в недосягаемом холоде поднебесных высот,- цвет величавых и бесплодных горных вершин…

Антоновские яблоки

Бунин Иван Алексеевич

Вспоминается мне ранняя погожая осень. Август был с теплыми дождиками в самую пору, в середине месяца. Помню раннее, свежее, тихое утро… Помню большой, весь золотой, подсохший и поредевший сад, помню кленовые аллеи, тонкий аромат опавшей листвы и — запах антоновских яблок, запах меда и осенней свежести. Воздух так чист, точно его совсем нет. Всюду сильно пахнет яблоками.

К ночи становится очень холодно и росисто. Надышавшись на гумне ржаным ароматом новой соломы и мякины, бодро идешь домой к ужину мимо садового вала. Голоса на деревне или скрип ворот раздаются по студеной заре необыкновенно ясно. Темнеет. И вот еще запах: в саду — костер и крепко тянет душистым дымом вишневых сучьев. В темноте, в глубине сада — сказочная картина: точно в уголке ада, пылает около шалаша багровое пламя, окруженное мраком…

«Ядреная антоновка — к веселому году». Деревенские дела хороши, если антоновка уродилась: значит, и хлеб уродился… Вспоминается мне урожайный год.

На ранней заре, когда еще кричат петухи, распахнешь, бывало, окно в прохладный сад, наполненный лиловатым туманом, сквозь который ярко блестит кое-где утреннее солнце… Побежишь умываться на пруд. Мелкая листва почти вся облетела с прибрежных лозин, а сучья сквозят на бирюзовом небе. Вода под лозинами стала прозрачная, ледяная и как будто тяжелая. Она мгновенно прогоняет ночную лень.

Войдешь в дом и прежде всего услышишь запах яблок, а потом уже другие.

С конца сентября наши сады и гумна пустели, погода, по обыкновению, круто менялась. Ветер по целым дням рвал и трепал деревья, дожди поливали их с утра до ночи.

Холодно и ярко сияло на севере над тяжелыми свинцовыми тучами жидкое голубое небо, а из-за этих туч медленно выплывали хребты снеговых гор-облаков, закрывалось окошечко в голубое небо, а в саду становилось пустынно и скучно, и снова начинал сеять дождь… сперва тихо, осторожно, потом все гуще и наконец превращался в ливень с бурей и темнотой. Наступала долгая, тревожная ночь…

Из такой трепки сад выходил совсем обнаженным, засыпанным мокрыми листьями и каким-то притихшим, смирившимся. Но зато как красив он был, когда снова наступала ясная погода, прозрачные и холодные дни начала октября, прощальный праздник осени! Сохранившаяся листва теперь будет висеть на деревьях уже до первых заморозков. Черный сад будет сквозить на холодном бирюзовом небе и покорно ждать зимы, пригреваясь в солнечном блеске. А поля уже резко чернеют пашнями и ярко зеленеют закустившимися озимыми…

Проснешься и долго лежишь в постели. Во всем доме — тишина. Впереди — целый день покоя в безмолвной уже по-зимнему усадьбе. Не спеша оденешься, побродишь по саду, найдешь в мокрой листве случайно забытое холодное и мокрое яблоко, и почему-то оно покажется необыкновенно вкусным, совсем не таким, как другие.

Словарь родной природы

Паустовский Константин Георгиевич

Невозможно перечислить приметы всех времен года. Поэтому я пропускаю лето и перехожу к осени, к первым ее дням, когда уже начинает «сентябрить».

Увядает земля, но еще впереди «бабье лето» с его последним ярким, но уже холодным, как блеск слюды, сиянием солнца. С густой синевой небес, промытых прохладным воздухом. С летучей паутиной («пряжей богородицы», как кое-где называют ее до сих пор истовые старухи) и палым, повялым листом, засыпающим опустелые воды. Березовые рощи стоят, как толпы девушек-красавиц, в шитых золотым листом полушалках. «Унылая пора — очей очарованье».

Потом — ненастье, обложные дожди, ледяной северный ветер «сиверко», бороздящий свинцовые воды, стынь, стылость, кромешные ночи, ледяная роса, темные зори.

Так все и идет, пока первый мороз не схватит, не скует землю, не выпадет первая пороша и не установится первопуток. А там уже и зима с вьюгами, метелями, поземками, снегопадом, седыми морозами, вешками на полях, скрипом подрезов на розвальнях, серым, снеговым небом…

***

Часто осенью я пристально следил за опадающими листьями, чтобы поймать ту незаметную долю секунды, когда лист отделяется от ветки и начинает падать на землю, но это мне долго не удавалось. Я читал в старых книгах о том, как шуршат падающие листья, но я никогда не слышал этого звука. Если листья и шуршали, то только на земле, под ногами человека. Шорох листьев в воздухе казался мне таким же неправдоподобным, как рассказы о том, что весной слышно, как прорастает трава.

Я был, конечно, неправ. Нужно было время, чтобы слух, отупевший от скрежета городских улиц, мог отдохнуть и уловить очень чистые и точные звуки осенней земли.

Как-то поздним вечером я вышел в сад к колодцу. Я поставил на сруб тусклый керосиновый фонарь «летучую мышь» и достал воды. В ведре плавали листья. Они были всюду. От них нигде нельзя было избавиться. Черный хлеб из пекарни приносили с прилипшими к нему мокрыми листьями. Ветер бросал горсти листьев на стол, на койку, на пол. на книги, а по дорожкам сала было трудно холить: приходилось идти по листьям, как по глубокому снегу. Листья мы находили в карманах своих дождевых плащей, в кепках, в волосах — всюду. Мы спали на них и насквозь пропитались их запахом.

Бывают осенние ночи, оглохшие и немые, когда безветрие стоит над черным лесистым краем и только колотушка сторожа доносится с деревенской околицы.

Была такая ночь. Фонарь освещал колодец, старый клен под забором и растрепанный ветром куст настурции на пожелтевшей клумбе.

Я посмотрел на клен и увидел, как осторожно и медленно отделился от ветки красный лист, вздрогнул, на одно мгновение остановился в воздухе и косо начал падать к моим ногам, чуть шелестя и качаясь. Впервые услыхал шелест падающего листа — неясный звук, похожий на детский шепот.

Мой дом

Паустовский Константин Георгиевич

Особенно хорошо в беседке в тихие осенние ночи, когда в салу шумит вполголоса неторопливый отвесный дождь.

Прохладный воздух едва качает язычок свечи. Угловые тени от виноградных листьев лежат на потолке беседки. Ночная бабочка, похожая на комок серого шелка-сырца, садится на раскрытую книгу и оставляет на странице тончайшую блестящую пыль. Пахнет дождем — нежным и вместе с тем острым запахом влаги, сырых садовых дорожек.

На рассвете я просыпаюсь. Туман шуршит в саду. В тумане падают листья. Я вытаскиваю из колодца ведро воды. Из ведра выскакивает лягушка. Я обливаюсь колодезной водой и слушаю рожок пастуха — он поет еще далеко, у самой околицы.

Светает. Я беру весла и иду к реке. Я отплываю в тумане. Восток розовеет. Уже не доносится запах дыма сельских печей. Остается только безмолвие воды, зарослей вековых ив.

Впереди — пустынный сентябрьский день. Впереди — затерянность в этом огромном мире пахучей листвы, трав, осеннего увядания, затишливых вод, облаков, низкого неба. И эту затерянность я всегда ощущаю как счастье.

Какие бывают дожди

Паустовский Константин Георгиевич

(Отрывок из повести «Золотая роза»)

… Солнце садится в тучи, дым припадает к земле, ласточки летают низко, без времени голосят по дворам петухи, облака вытягиваются по небу длинными туманными прядями — все это приметы дождя. А незадолго перед дождем, хотя еще и не натянуло тучи, слышится нежное дыхание влаги. Его, должно быть, приносит оттуда, где дожди уже пролились.

Но вот начинают крапать первые капли. Народное слово «крапать* хорошо передает возникновение дождя, когда еше редкие капли оставляют темные крапинки на пыльных дорожках и крышах.

Потом дождь расходится. Тогда-то и возникает чудесный прохладный запах земли, впервые смоченной дожаем. Он держится недолго. Его вытесняет запах мокрой травы, особенно крапивы.

Характерно, что, независимо от того, какой будет дождь, его, как только он начинается, всегда называют очень ласково — дождиком. «Дождик собрался», «дождик припустил», «дождик траву обмывает»…

Чем, например, отличается спорый дождь от грибного?

Слово «спорый» означает — быстрый, скорый. Спорый дождь льется отвесно, сильно. Он всегда приближается с набегающим шумом.

Особенно хорош спорый дождь на реке. Каждая его капля выбивает в воде круглое углубление, маленькую водяную чашу, подскакивает, снова падает и несколько мгновений, прежде чем исчезнуть, еще видна на дне этой водяной чаши. Капля блестит и похожа на жемчуг.

При этом по всей реке стоит стеклянный звон. По высоте этого звона догадываешься, набирает ли дождь силу или стихает.

А мелкий грибной дождь сонно сыплется из низких туч. Лужи от этого дождя всегда теплые. Он не звенит, а шепчет что-то свое, усыпительное, и чуть заметно возится в кустах, будто трогает мягкой лапкой то один лист, то другой.

Лесной перегной и мох впитывают этот дождь не торопясь, основательно. Поэтому после него начинают буйно лезть грибы -липкие маслята, желтые лисички, боровики, румяные рыжики, опенки и бесчисленные поганки.

Во время грибных дождей в воздухе попахивает дымком и хорошо берет хитрая и осторожная рыба — плотва.

О слепом дожде, идущем при солнце, в народе говорят: «Царевна плачет». Сверкаюшие солнечные капли этого дождя похожи на крупные слезы. А кому же и плакать такими сияющими слезами горя или радости, как не сказочной красавице царевне!

Можно подолгу следить за игрой света во время дождя, за разнообразием звуков — от мерного стука по тесовой крыше и жидкого звона в водосточной трубе до сплошного, напряженного гула, когда дождь льет, как говорится, стеной.

Все это — только ничтожная часть того, что можно сказать о дожде…

Время года — Осень.


(картинки из серии Умные книжки «Что нас окружает»)

Рассказ об Осени:
Раннюю осень называют «золотой» — золотыми становятся травы, листья на деревьях и кустарниках.
Воздух прохладный, прозрачный и в нем летают серебряные нити паутины. Стоят погожие солнечные деньки короткого «бабьего лета». Но солнце уже не поднимается высоко, дни становятся короче, а ночи длиннее. Моросят мелкие холодные дожди, по утрам стелются туманы. Порывы ветра срывают с деревьев желтые, багряные и лиловые листья, которые устилают землю пестрым ковром. Начинается пора листопада. Деревья постепенно теряют свой пышный яркий убор, ветви их обнажаются.
В середине осени солнце выглядывает редко, дни становятся пасмурными, часто идут холодные затяжные дожди. По ночам бывают заморозки.
Позднюю осень называют «серебряной». Лужи затягивает первый тонкий ледок, летят на мерзлую землю серебряные звездочки — снежинки, звенят на ветру обледенелые ветки деревьев, серебрятся на солнце опавшие, покрытые инеем листья. Исчезают насекомые, улетают на юг перелетные птицы.
Звери готовятся к зиме, делают запасы, строят и утепляют гнезда и норы, меняют летние шубки на зимние — более пушистые и светлые, чтобы стать незаметными на белом снегу. Осенью у людей много работы: надо собрать урожай овощей и фруктов, приготовить к весне пашни, посеять озимые.
Надо позаботиться и о тех пернатых, которые остаются зимовать в наших краях, собрать для них семена и плоды, приготовить кормушки.
Стихи об Осени
***
Осень. Осыпается весь наш: бедный сад.
Листья пожелтелые по ветру летят;
Лишь вдали красуются, там, на дне доли
Кисти ярко-красные вянущих рябин.
***
Опустел скворечник,
Улетели птицы,
Листьям на деревьях
Тоже не сидится.
Целый день сегодня
Все летят, летят…
Видно, тоже в Африку
Улететь хотят.
***
Вот на ветке лист кленовый.
Нынче он совсем как новый!
Весь румяный, золотой.
Ты куда, листок? Постой!
***
Осень. (А.С. Пушкин)
Унылая пора!
Очей очарованье
Приятна мне твоя прощальная краса
Люблю я пышное природы увяданье,
В багрец и в золото одетые леса…
***
Осень
Закружила осень
Рыжие метели,
Золотые листья
С кленов полетели,
Закружился листьев
Пестрый хоровод,
Заблестел на лужах
Первый тонкий лед.
***
Стихотворения Е. Трутневой «Осень».
Стало вдруг светлее вдвое,
Двор как в солнечных лучах —
Это платье золотое
У березы на плечах.
Утром мы во двор идем —
Листья сыплются дождем,
Под ногами шелестят
И летят, летят, летят…
Пролетают паутинки
С паучками в серединке,
И высоко от земли
Пролетают журавли.
Все летит! Должно быть, это
Пролетает наше лето.
***
Ветки голые стучат,
Галки черные кричат,
В тучах редко просинь –
Наступила осень.
Льдинка хрустнет звонко,
Крикнет птица тонко,
Будто есть попросит –
Наступила осень.
Гнезда черные пусты,
Меньше сделались кусты,
Ветер листья носит:
Осень, осень, осень.
Закончи предложение об Осени
На смену лету пришла … (золотая осень).
Солнышко все реже и реже выглядывает … (из—за туч).
Деревья надели … (разноцветный наряд).
… (красные, желтые) листья горят на солнышке, а затем … (опадают, кружатся, укрывают) землю золотым ковром.
Дождик … (моросит) и заставляет прятаться … (по домам).
Птицы собираются в стаи … (и улетают в теплые края).
Зверям некогда резвиться, они делают … (запасы на зиму).
Скоро белокрылая зима вступит в свои права.
Пословицы Осени
Лето со снопами – осень с пирогами.
Холоден сентябрь, да сыт.
Весной дождь растит, а осенью – гноит.
В ноябре зима с осенью борется.
В осеннее ненастье семь погод на дворе – сеет, веет, крутит, мутит, и ревет, и льет, и снизу метет.
Загадки Осени
***
Висят на ветке
Золотые монетки. (Осенние листья)
***
Утром мы во двор идем-
Листья сыплются дождем,
Под ногами шелестят
И летят, летят, летят…(листопад)
***
Пришла без красок и без кисти
И перекрасила все листья. (Осень)
***
Несет она нам урожай,
Поля вновь засевает,
Птиц к югу отправляет,
Деревья укрывает,
Но не касается елей и сосен,
Потому что это..(Осень)
***
Это кто такой садовник?
Полил вишню и крыжовник,
Полил сливу и цветы,
Вымыл травы и листы.
А как сумерки настали,
Нам по радио сказали,
Что и завтра он придет
И польет наш огород.(Дождик)
Подбери действие
Листья осенью (что делают?) — желтеют, опадают и т.д.
Дождь осенью — моросит, идет и т.д.
Урожай осенью — убирают.
Птицы осенью — улетают.
Деревья осенью — роняют листья.
Листья осенью (какие?) — желтые, красные, багряные, золотые.
Как можно сказать об этом одним словом? (Разноцветные.)
Дождь осенью (какой?) — холодный, моросящий.
Погода осенью (какая?) — пасмурная, дождливая, хмурая, морозная (поздней осенью).
Деревья осенью (какие?) — ранней — с разноцветными листьями, поздней — голые.
Звери осенью — готовятся к зиме, меняют шубки.
лиса, белка, горностай, заяц (не меняет окраску); белка, мышь-полевка, заяц, барсук (не делает запасы).

Диктанты по русскому языку на тему осень (1 класс)

Лето прошло. Наступила осень. Зелёные листья пожелтели и опали. Дорожки парка покрыл золотой ковёр. Ещё бывают листья красные и коричневые. Вот кленовый лист закружился и упал в лужу. Как красива природа осенью!

Лужа

Осенью часто идут дожди. Вчера был дождь. Надя надела калоши и пошла гулять. На дорогах лужи. У одной прыгал воробей. Его перья были мокрыми. Воробей радовался луже. Подбежала собака и залаяла. Воробей испугался и улетел.

Грибы

Настала осень. Прошли дожди. Под деревьями появились грибы. Даша с папой и мамой пошла в лес по грибы. В руке она несла лукошко. Они нашли много разных грибов. Скоро лукошко наполнилось лисичками, груздями и рыжикам. Даша знает, что мухоморы опасны.

В школу

Утром Женя одевался очень прилежно. Сегодня он собирался в школу. Женя сложил все учебники в портфель. Он не забыл и тетради. Дневник был уже заполнен. Женя волновался. В школе он узнает много интересных вещей. Женя встретит много друзей в классе.

Книга

Наступила золотая осень. Природа была очень красива. Юля сидела дома и читала книгу. Эту книгу ей подарила бабушка. В книге тоже было написано про осень. Юле было очень интересно. Она хотела знать, какая осень в других странах.

В лесу

Как хорошо осенью! Ребята и учительница пошли в лес на прогулку. Деревья покрыты золотыми листьями. Птицы весело поют. Они уже собираются улетать на юг. Ребята знают, что птицы вернутся весной. Ребята машут птицам и просят вернуться скорее.

Скворечник

Миша с дедушкой делали скворечник. Дедушка принёс доски и гвозди. Миша смотрел за работой деда. Тот сделал красивый скворечник и покрасил его. Вместе они повесили его на дерево. Как обрадуются птицы скворечнику!

Рассказ про осень для детей от 5 лет

Рассказ на тему: «Осень в гости к нам пришла!» Русакова Любовь Михайловна, МБОУ «Подюжская СШ им. В.А. Абрамова» структурное подразделение детский сад «Лучик», п. Подюга Архангельской области, Коношского района.
Описание: данный рассказ предназначен для детей старшего дошкольного и младшего возраста, педагогов.
Цель: развитие у детей познавательных интересов.
Задачи:
Образовательные задачи: Учить замечать изменения в природе.
Развивающие задачи: развивать творческое воображение, фантазию.
Воспитательные задачи: воспитывать любовь к природе; чувство восхищения ее красотой.
Листья пожелтели,
Птицы улетели,
Дни короче стали,
Ночи всё длиннее,
Солнышко всё реже,
Дождик льёт и льёт
Значит – это осень,
В гости к нам идёт. (авторское)
Незаметно промелькнуло красное лето. Наступила красавица осень. Взмахнула широкими рукавами и зелёные листочки стали жёлтыми, багровыми, красными.
Вначале осени в садах зацвели, заиграли разными цветами георгины, астры, календула. Среди деревьев особой красотой отличается рябина. Не боятся ягоды рябины холода. Первый морозец им не страшен, они становятся только слаще, убивает мороз в них горечь.
Но вот прошёл первый месяц осени – сентябрь, ему на смену приходит октябрь. Уже заметно, что день становятся короче, а ночь длиннее. Солнышко стало реже появляться на небе, пасмурно, дождливо. Ветру – шалуну нравится играть с деревьями, раскачивает он их, срывает с них листья. Летят листья по ветру, покрывают землю и образуют на земле разноцветный ковёр. Это явления называется листопад.
Падают, падают листочки и вскоре деревья, кустарники роняют последние листья. Смотришь на них, а листочков на деревьях нет. Так они готовятся к зиме. Деревья отдыхают, запасаются новыми силами, чтобы к весне проснуться.
В это время в лесу налилась, закраснела клюква. Смелая ягода, перезимует под снегом, а весной снег сойдёт, иди, собирай.
Встречается и брусника, которая служит пищей для птиц: глухарей, косачей, рябчиков.
Незаметно пролетает октябрь и наступает последний месяц осени ноябрь.
В ноябре до нас уже доносится дыхание зимы. Погода меняется почти каждый день. Один день, кажется, что ещё осень, а бывает, нанесёт снегу, так как будто наступила настоящая зима. Да и морозец нет, нет, да и покажет свой характер.
Реки сначала покрываются тоненькой корочкой льда, да и то в основном в ночное время, а днём ещё солнышко может растопить ледок, и речка снова бежит, радуется, что мороз не сковал её.
В конце ноября видно, что вся природа готова к приходу матушки зимы, и ждёт её.
Как же в лесу животные в осенние месяцы готовятся к зиме?
Зайдёшь в лес, кажется тихо, только ветер гуляет. Но это не так, лес живёт своей жизнью, недоступной для постороннего глаза. Жители леса активно готовятся к зиме. Белка и заяц, как настоящие модники готовятся поменять шкурки. Зимние шкурки теплее, да и цвет другой, легче прятаться от хищников.
Заяц был серым, станет белым. Поздней осенью зайцу приходится туго, шкурка серая, а осенью первый снег в некоторых местах уже появляется, никуда зайцу не спрятаться ни от хищников, ни от охотников.
Белка рыжую шкурку сменит на серую. Всё лето белка трудилась, готовилась к зиме. Собирала трудяга ягоды, шишки, орехи прятала в разных местах, своих кладовках. Если никто из животных не разорит их, хватит белке на всю долгую зиму.
Кто это бежит, шуршит листьями шур – шур – шур? А.. так это ёжик, бежит, спешит, готовится к зиме. Ёжик – хищник питается мелкими насекомыми, реже растительностью. Бежит по лесной дорожке, разыскивают пищу: берегись лесная живность! Старается ёжик нагулять перед зимой как можно больше «жирка». Для своей норки ёжик роет ямку в земле, натаскивает туда травы, листьев. Зимой ёжик впадает в спячку до весны.
Спит зимой и «хозяин леса» медведь, а летом и осенью мишка, нагуливает «жир». Медведь животное всеядное, любит Топтыгин и ягоды, и корни деревьев, знатный рыбак, ох, как он любит рыбкой полакомиться.
Готовит себе жилище для зимней спячки и барсук.
Лягушки, змеи, ящерицы, жабы тоже впадают в спячку.
Не стало видно и насекомых, спрятались кто под кору деревьев, а кто в землю.
Бежит вдоль леса речка. У речки трудятся бобры, делают норку для зимы, заготавливают брёвна для хатки, (так называется их жилище) ветки для корма зимой.
Не слышно в лесу стало и птичьих голосов. Птицы в это время собираются в стаи и улетают в тёплые края. Сначала улетают насекомоядные птицы, затем зерноядные, потом болотные и водные.
Так животные леса готовятся к приходу зимы.
Я рассказ прочитала
Об осени Вам,
О приметах её,
И её красоте,
И о том, как в лесу,
Звери осень встречают,
И готовят припасы к зиме!

Беседа с ребёнком об осени Прогулки с ребёнком осенью Конспект беседы в подготовительной группе на тему «Приметы и поговорки про осень» Рассказ об Осени для детей 5-7 лет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *