Стихи о Петербурге

Над Невой
Асан Багимов
Открылась мне в ночную пору
Дворцов и шпилей красота,
Когда я на великий город
Смотрел с Литейного моста.
В широкой глади отражала
Нева сияние огней.
И ни одна река планеты
Не выдержит сравненья с ней.
Сфинксы
Артём Соколов
Века несчетные прошли,
Но не сомкнули свои веки
На северном краю Земли
Те львы с глазами человека.
На гордых берегах Невы
Они останутся навечно —
Те полулюди, полульвы,
Пленённые бесчеловечно.
Им наводненья не страшны,
Ничто волненья и страданья.
И дремлют на брегах Невы
Египта мудрого созданья.
Львы Петербурга
Валентина Лелина
В молочной сырости тумана,
Где тонут мысли и слова,
Вдруг выплыли четыре льва,
Четыре белых истукана
И, опершись на парапет,
Держали берега канала.
Вдруг солнце из-за облаков
Взошло и вылилось на крыши.
И дворник, подметая мост,
Метлой случайно тронул хвост,
И огрызнулся лев неслышно.
Корабль над городом плывёт
Вячеслав Кузнецов
Петровская баллада
Корабль — над городом плывёт
По облакам, через столетья,
И в парусах грохочет ветер,
Лохматя синь балтийских вод.
Тверда петровская рука,
Она умела в бурю править…
… О наша быль, о наша память —
Фрегат — связующий века!
Корабль — над городом плывет
И видит нас внизу, в пучине.
По этой, может быть, причине
К нему мы рвемся, в небосвод.
Моему городу
Катя Озерова
Среди болот, дорог и вьюг,
Как исполин из сказки,
Явился миру Петербург,
Волной любви обласкан!
Его скульптуры и дворцы,
Фонтаны, скверы, парки,
Его ограды и мосты,
Кораблик на Фонтанке,
Его кресты, его гранит —
Веков узор так прочен! —
Все восхищает и пленит
В сиянье белой ночи.
Люблю тебя я, город мой,
Не знаю краше места!
Мне жизнь, единая с тобой,
Дарована в наследство!
Золотой кораблик
Майа Борисова
Плывёт в высоком небе
Кораблик золотой,
Плывёт он днём и ночью
Над царственной Невой.
На шпиль Адмиралтейства
Кораблик водружён.
И всем ветрам и бурям
Всегда послушен он.
Кораблик Адмиралтейства
Майя Борисова
Над грохотом и пылью,
Над шумной суетой
Плывет на тонком шпиле
Кораблик золотой.
Летают рядом чайки,
Звезда горит вдали.
Он бы и рад причалить,
Да в небе нет земли.
Наш город
Майя Борисова
Мы очень любим город свой.
Сияет солнце над Невой,
Или дожди стучат в окно —
Его мы любим все равно.
Мы в этом городе живём.
И он растёт, и мы растём.
Адмиралтейство
Надежда Радченко
Солнечный лучик кораблик ласкает,
И, прогоняя утренний сон,
Адмиралтейство квартал обнимает,
Крепко сжимая пальцы колонн.
Были когда-то здесь доки да верфи,
И протекал полноводный канал.
Нынче деревья раскинули ветви,
Струями звонкий фонтан заиграл.
Сказочны нимфы, ветра и герои,
Своды небесные — словно мячи.
Вдаль убегая, манят за собою
Шумных проспектов прямые лучи.
Ангел-хранитель Петербурга
Надежда Радченко
Раскинув широкие крылья
Над зеркалом невской воды,
Сам Ангел-хранитель со шпиля
Тебя бережёт от беды.
Покуда над крепостью реет
Сияющий Ангел Добра,
Я верю, никто не сумеет
Сломить тебя, город Петра!
Васильевский остров
Надежда Радченко
На острове Васильевском
Вы убедитесь сами:
Там вместо улиц — линии,
И все — под номерами.
Гуляющий по острову
Умнее может стать —
Ведь здесь легко и просто вы
Научитесь считать!
Грифоны из аптеки Пеля
Надежда Радченко
Видишь, над аптекой Пеля
Тучи будто бы сгустились?
То грифоны прилетели
И на башню опустились.
Говорят, алхимик счастье
Спрятал в недрах башни где-то.
Только внутрь не попасть нам —
Ни дверей, ни окон нету.
Лишь одни грифоны — стражи,
Те, что счастье охраняют
От пропажи и покражи,
Вход секретный в башню знают.
Диоскуры
Надежда Радченко
Сдерживают резвых скакунов
На крыльце Манежа Диоскуры.
У античных братьев-близнецов
Мраморные белые фигуры.
Снежною зимою в холода
Мёрзнут Диоскуры без одежды.
Я бы куртки тёплые им дал
И погреться их пустил в Манеже.
Исаакий
Надежда Радченко
Через ненастный дождливый октябрь
Он проплывает, как гордый корабль.
В синий январский морозный туман
Он неприступен и сед, как Монблан.
В свете июльских палящих лучей
Не уступает он блеску царей.
И с колоннады своей свысока
Смотрит на город и на века.
Львы
Надежда Радченко
В Петербурге повсюду
Встречаются львы:
У парадных подъездов
И у Невы,
Даже львиная есть ограда…
Но бояться тех львов не надо.
Эти добрые львы,
Улыбаясь, сидят,
Если хочешь, погладь их —
Небось, не съедят.
Львы у дома Лавалей
Надежда Радченко
В Петербурге львов немало.
Но найдёте вы едва ли
Львов милей, чем я видала
У особняка Лавалей.
Удивительные звери:
На крыльце легли послушно
По бокам парадной двери,
Улыбаясь добродушно.
Вид у них такой домашний,
Столько неги в позах львиных,
Что совсем-совсем не страшно
Посидеть у них на спинах.
Симпатичных львов Лавалей
«Львы-философы» прозвали.
Медный всадник
Надежда Радченко
Пред нами Медный всадник Фальконе —
Могучий Пётр на вздыбленном коне.
В его подножье — финская скала,
И скорчившийся змей, как образ зла.
А Пётр — весь в движении, как живой.
Он простирает руку над Невой,
О будущем столицы новой грезит.
И ночи ждёт, когда с коня он слезет,
Чтоб обойти дозором город свой.
Нева
Надежда Радченко
От Ладоги до Балтики
Течёт река Нева
И обнимает острова,
Дробясь на рукава.
И питерцам завидуют
Все жители Москвы:
У них же нет в Москве такой
Красавицы Невы.
Невский проспект
Надежда Радченко
На Невском времени потерян счёт.
Проспект шумит,
Людской волной течёт.
Увидев раз, навек запомнишь ты
Его дворцы, театры и мосты,
Его домов нарядные фасады,
Казанского собора колоннады,
Гостиный двор и сквер Екатерины,
И магазинов яркие витрины.
Сфинксы
Надежда Радченко
Древние сфинксы над стылой Невой
Смотрят куда-то вдаль отрешённо.
Сколько они повидали всего:
И пирамиды, и фараонов!
Сфинксы тоскуют о жаркой пустыне.
Как бы они тут у нас не простыли!
Холодно им от балтийских ветров.
Я их поглажу и пожалею.
Знаю, от добрых и ласковых слов
Всем — даже сфинксам —
Немного теплее.
Цирк
Надежда Радченко
В программе цирка на Фонтанке
Медведи, тигры, обезьянки,
Жонглёры и эквилибристы,
Факиры — иллюзионисты…
Весёлый клоун — так хорош,
Живот от смеха надорвёшь!
А потому без промедления
Спешите в цирк на представление!
Чижик-пыжик
Надежда Радченко
— Чижик-пыжик, где твой дом?
— На Фонтанке под мостом!
Ты монетку мне кидай,
Да желанье загадай.
Чижик-пыжик слишком мал.
Кинул я, да не попал.
Эх, судьба-злодейка:
Пропадай копейка!
Ши-цзы
Надежда Радченко
На набережной около Невы
Какие-то неведомы зверушки:
Собаки — не собаки.
Львы — не львы.
А, может быть, они
Вообще — лягушки?
У них такие пасти —
Просто страсть!
Я не хотел бы в зубы
К ним попасть!
В нашем городе
Сергей Скаченков
В нашем городе портовом
Ровно в полдень пушка бьёт.
В нашем городе «Аврора»
Знаменитая живёт.
Залп её победной песней
Был в семнадцатом году.
Из легенды этот крейсер,
В гости я к нему иду.
Каждый день, в любую пору,
Крейсер ждет своих друзей.
Приходите на «Аврору» —
Вверх по трапу — и в музей.
Кораблик Адмиралтейства
Сергей Скаченков
Кораблик Адмиралтейства
Маленький кораблик
В городе огромном,
В небе над Невою
Синем и просторном.
Маленький кораблик
Высоко плывёт —
Это символ города,
Здесь рождался флот.
Лебяжья канавка
Сергей Скаченков
Лебяжья канавка,
Где много людей,
Лебяжья канавка,
Где нет лебедей.
Они улетели.
Куда же, куда?..
Нам не сказала
Об этом вода.
Наводненье
Сергей Скаченков
Ну и ветер жмёт с залива!
Дождик хлещет всё сильней,
И насквозь промокли гривы
Старых клодтовских коней.
Ветер гулко завывает!
Что же сделалось с Невой?
Львов гранитных заливает,
Накрывает с головой.
Ветер волны все разгонит,
Разобьёт их о гранит.
На ветру обсохнут кони,
Наводненье отгремит.
Петербуржцев разозлив,
Ветер спать уйдет в залив
Ночью на Невском
СергейСкаченков
Город спит, и Невский стройный
Уплывает в темноту.
Только кони неспокойны
На Аничковом мосту.
Страшно мне:
Рванутся кони!
Кто таких коней догонит?
Петропавловская крепость
Сергей Скаченков
Ветра вой и волн свирепость,
Всё видала, всё снесла
Петропавловская крепость,
Тучи рвущая игла…..
Как хитро придумал кто-то
В недалёкой старине:
В синем небе позолота,
Казематы в глубине.
Праздник на Неве
Сергей Скаченков
Как вода прохладой дразнит
В этот жаркий летний час.
На Неве сегодня праздник
Корабли в гостях у нас.
Кораблям Нева знакома.
Позади штормят моря.
На Неве они, как дома,
Здесь отдали якоря.
Посмотри — проносит быстро
Катер невская вода!
Наш Исакий шлем начистил
И горит как никогда.
Он — солдат поры военной
И морскую славу чтит —
Так сияет вдохновенно,
Так он празднично блестит!
Ветры Балтики прохладны,
Ветры флаги теребят.
Вид Невы такой нарядный —
Даже львы — и те не спят.
Прогулка
Сергей Скаченков
Одеты не по-зимнему —
Уже совсем по-летнему,
Проходим мимо Зимнего,
Идем мы к саду Летнему.
Туда идем, где невскою
Волной гранит исхлестан,
Потом пойдем по Невскому
И погуляем просто.
К 300-летию города
Таня Холощак
Наш город прекраснее всех!
Он поражает гостей
Широтою своих площадей,
Красотою мостов и рек.
С золотых куполов церквей
Льется песня колоколов,
Прославляя город Петров,
Ставший славой России всей!
Исаакиевский собор
Юрий Юдин
На площадке смотровой
Продувает ветер.
Небо вровень с головой,
Видно — все на свете:
Медный всадник, Летний сад,
Площади, проспекты,
Эрмитаж и зоосад,
Скверы, монументы!
Если встать на колоннаде,
Город видно, как на карте!
Кунсткамера
Юрий Юдин
Царь диковинки любил,
Собирал их и копил.
Из причуды царской сей
Первый создан был музей.
Каменный цветок
Ярослав Кондрашевич
На болотах топких и опасных
Шумные столицы не растут.
Но наш город, как цветок прекрасный,
Словно в сказке, появился тут.
Сколько мастера над ним не спали:
Украшали, укрепляли град.
Ангел осенил его крылами!
Тысячи врагов поумирали
У его заговоренных врат!
Дедушкин рассказ
Инет
Расскажу тебе, родной,
Про кораблик золотой…
Тот кораблик — непростой:
Высоко над головой,
Раздувая паруса,
Он несется в небесах.
Полетать он так мечтает!
Жалко, шпиль ему мешает:
Не пуская никуда.
Вертит им туда-сюда.
Догадайся, для чего
Люди сделали его?
Чтобы помнить о морях
Да о славных кораблях:
Тех, что много воевали
И победы одержали;
И о тех, что груз везут
В близкий и далёкий путь;
И о старых моряках —
Будет слава им в веках!
Помни это, мой внучок,
Синеглазый морячок!

Санкт-Петербург

Ссылка на «Коллекция Стихов о Городах и Людях», это объединяющая выделенная коллекция для расширения границ поиска Авторов и Стихов.
* * *
Блистательный Санкт-Петербург!
О, град Петра, мне сердцу милый,
Ты царской прихоти каприз.
Ты прозван Северной Пальмирой,
Петром любимый Парадиз!
Твой облик ублажает око.
Знаком и мил в нём каждый штрих,
Витиеватый стиль барокко
Апартаментов дорогих.
Град позолоченных соборов,
Дворцов изящных и палат,
Работ скульптурных без укора…
Виват, Санкт-Петербург, виват!
Ты красотой подобен раю,
На свете града лучше нет.
Тебя нисколько не пугают
Ни наводнения, ни швед.
Здесь Петропавловская крепость
И знаменитый порт Кронштадт
С врага сбивают всю свирепость –
Руси не страшен супостат.
Врата России на щеколде –
Их охраняет стольный град.
Здесь отмечает пушка полдень.
Здесь ночи белые стоят.
Здесь имена всплывают чинно,
Те, что любой назвать готов:
Великий Пётр, Екатерина,
Князь Меньшиков и граф Орлов…
Здесь, на Сенатской, виден взору,
Царь Пётр работы Фальконе.
Он свой осматривает город
Верхом на вздыбленном коне.
Нет на «окне Европы» ставен.
Зефир всегда здесь свеж и юрк…
Да здравствует в веках и славен
Блистательный Санкт-Петербург!
Юрий Козлов.
* * *
Любят тебя, Петербург гордоокий.
Музыкой полнится Флажная башня,
Белые ночи и невский настрой.
С жизнью играешь в очко бесшабашно-
Молодость, как ты беспечна порой!
И в Петергофе, в каскадах фонтанов,
Радуги любишь из капель ловить,
В Царском селе или в Павловске странном
Как лицеисты в аллеях бродить.
Только совсем неуютен и страшен
Город Петра для приезжих людей,
Кровью невинно убитых украшен,
Ветер помянет их песней своей.
Реквием ветер поёт над Невою,
Памяти сердца ему не отдам-
Пушкин и Лермонтов были с тобою,
Блок и Ахматова и Мандельштам.
Здесь Левитан не избегнул гонений,
Умер Филонов в блокадный мороз,
Здесь расцветал Шостаковича гений,
Бродский Иосиф родился и рос.
Кушнер и Рейн поврозь на Фонтанке
Тайно замечены кем-то вчера,
Бьют карабельные звонкие склянки,
Осень рыдает и эт цетера.
Твой классицизм, надменный и строгий,
Росси, Растрелли и Зимний дворец,
Здесь декабристы сидели в остроге.
Сколько разбилось судеб и сердец!
Может приеду- и буду отважной,
Чтоб заглянуть за парадный фасад.
Санкт-Петербург, тебе правда-неважно,
Ты не приемлешь пришедших назад?
Хоть отторгаешь чужих и далёких-
Очарованье тобой велико,
Любят тебя, Петербург гордоокий,
Те, кто с тобою и кто далеко.
Рецензия на «Город Петра наряжается в осень. Авторская песня» (Шахиня).
Шиваз.
* * *
Если будет очень грустно, я по улицам пройдусь.
По родному Ленинграду, Петербургу, Петрограду.
На «Казань» и на «Исакий» и на Летнего ограду,
На Ростральные колонны погляжу и подивлюсь.
Лечит душу дивный город. Я над вольною Невой
Вдоль по набережным старым белой ночью тихой, лунной
Поброжу в тумане лёгком, и гитарой шестиструнной
Отзовётся в сердце мрачном всё, что связано с тобой.
А сегодня яс особым чувством город обхожу.
Предстоит мне с ним расстаться, несмотря на боль потери.
Навсегда, иль только на год. Я вернусь, я в это верю.
А пока что напоследок я ещё раз поброжу.
Полюбуюсь на «Аврору», к Петропавловке пойду,
Поле Марсово тихонько, не спеша, пересеку я
И по Невскому пройдусь я, красоту его смакуя;
А к утру домой вернувшись, я печаль свою найду.
Край далёкий! Вскоре гостя ты незваного встречай.
Сердце ноет. Ему город покидать больно.
И в предверьи расставанья, слёзы капают невольно.
До свиданья, Милый город, ну а может быть — Прощай!
Александр Оралков 2007/06/10.
* * *
Белый город С-Петербург
Белый город ночью белой вслед за мной, как пёс идёт.
Всадник в бронзе – угорелый, всё в Европу нас ведёт.
Я по берегу шагаю древней матушки – Невы.
В кружева мостов вплетаю, золотых церквей главы.
Липы с древними стволами мне о чём–то шелестят.
Вижу белок с голубями – парков праздничный наряд.
Белка на руку садится, и орешки там грызёт.
Невским воздухом напиться мне, надеюсь, повезёт.
Белый город в дымке белой умывается зарёй.
И мосты навеки слиться вновь стремятся над Невой.
Я иду в заре, как в платье, словно девица – весна.
Мне с мечтою той расстаться, не дано уж никогда.
Марина Давыдова 2007/06/08.
* * *
Санкт-Петербург
Приехал я в большом волненье,
Чтоб посмотреть Петра творенье –
Золотоглавый белокаменный тот град…
Дворцы и статуи тревожат,
И сердце кровь унять не может
Со мной столетья все там говорят…
Забыл, что это в настоящем
И слышу стоны тех несчастных,
Что сотни лет назад работали в глуши…
В ужасных топях, на болотах
Построили сей град до срока,
Который стал «окном в Европу» для души…
Наталья Семикозова 2007/07/05.
* * *
Никогда не была я в Питере,
Не бродила по улицам тем,
Где вожди проживали-воители,
Где поэтам стоит постамент.
Никогда не была в Ленинграде я,
Не видала его красоты,
На Неве не следила за чайками,
Не любила, не знала мечты.
Петербург не назначит мне встречу,
Слишком много забот и своих,
Я проездом, с вокзального вече
Отошлю незнакомцу цветы.
Перекрёсток Дорог 2007/07/05.
* * *
Санкт-Петербург
Неразгаданный город,
Не проявленный звук,
Неизведанный голос,
Непродуманный круг.
Нерешительный разум,
Нескрываемый стон,
Не удержанный спазм,
Не разборчивый сон.
Неподатливый вихор,
Несмешной разговор,
Нелогичный поступок,
Необъятный простор.
Нерастраченный возглас,
Неоконченный блюз,
Неоправданный довод,
Неизбежный союз.
Недоступное знание,
Не прощупанный пульс,
Недосказанный вечер,
Это все — Петербург.
Ната Баталова 2007/05/12.
* * *
Наверно все же не смогу устать
От этих стен чарующего камня
Из четкости своих огран
Ваяющего облик града
Скрывающего в облик дня
Чуть начавшийся облик ночи
Раз вновь и вновь не удержать себя
Чтоб видное не ощутить на ощупь
Раз вновь и вновь Я от души в бегах
И из дали еще любуя
Иду из сует все туда
Где явь над топью в камне холст рисует
В движеньях кисти точных сгибы
Уже так просто угадать брегов
Проспектов струны Па лепные
Фасадов Своды арк мостов
Над бежью тихой купола седые
И шпилей взлеты и венец святой
Мне чудится Что все незримо
И только мнится голове больной
Как нужно мне коснуться Выпить
Его гранитный холодок
На пальцев кончиках
Набраться силы
Насытить верою сознание свое
Что я не сплю Что город существует
Что приду сюда ни раз еще
Михаил В Смирнов 2007/04/29.
* * *
Серый Петербург
Серый день… Серы небо и природа.
Помрачневшие мосты и деревца.
Сквозь туманную ощеристость Синода
Проступает лик усталого Творца.
В этой серости, – туманной и угрюмой,
В этом флере, – полуясном и слепом,
Оживают неподвижные фигуры
С ненавязчивым загадочным лицом.
Оживают много видевшие храмы
Отдаленным перезвоном в час глухой,
Легкий шум волны о мраморную раму
И спектральный высверк башни золотой.
Вижу я небрежный дождик моросящий,
Грусть листвы и опустенье берегов,
Хлад Невы, то шумно стонущей, то спящей,
И в тиши ночной далекий стук подков.
Оживают две ростральные колонны,
Тень недлинную бросая на Неву
В час, когда туманом схваченные волны
Лижут с берега опавшую листву.
Оживают тихо дремлющие ивы,
Робким локоном приникшие к воде,
Ностальгией прозвучавшие мотивы,
Как тоскливый крик взлетевших лебедей.
Этот миг, как буря прорванная хлынет,
Это чудное мгновенье пред грозой,
Эти дни дождей, переходящих в ливни
Или в морось хмурую по мостовой..
Но прислушайтесь — звон Домского собора,
Leggierissimo вивальдъевской струны,
Грусть шопеновских мечтаний в ми-миноре,
боль Чайковского над чернотой Невы:
Здесь сокрыт неявный смысл Петербурга,
Здесь души эзотерической ковчег.
Три столетья историческая фуга
Ткет сплетенья человеческих судеб.
Город гоголевских жутковатых масок,
Достоевского отчаянье и свет,
Здесь рисует Пушкин без палитр и красок,
И встает пророком Блока силуэт.
Призрак-сфинкс… На болоте вставший город,
Уникальный петербургский феномен,
Завораживающим осенним флером
Без баталий и боев берущий в плен.
Что ж, поите волшебством, дожди слепые,
Наступай из подворотен, мрак глухой,
И звените, колоннады строевые
В унисон с адмиралтейскою иглой!
И звучи, звучи — музыка Ленинграда,
Я люблю, когда течешь ты сквозь века
Не величественной поступью романа,
А незримым ветром тонкого стиха.
Поэт Из Петербурга.
* * *
ГРАД СВЯТОГО ПЕТРА
На миг, остановив свой быстрый бег,
Неслась земля светило огибая,
Знаменьем, отмечая новый век.
Волной свинцовой берега лаская,
Издала вдруг Нева тревожный всхлип,
Волнением стихию возбуждая.
Как призрак эры молчаливых рыб,
В молчание прибрежного тумана,
Из моря вышел город пенных глыб.
И мир воскликнул городу: Осанна!
Дав граду имя стойкого Петра,
Склоняясь долу будущего храма.
Предвидя жертвенный огонь костра,
Закалки веры в тяжких испытаньях,
Хоралы пели грустные ветра.
Волшебный сон, виденьем ирреальным,
Торжественно воссел на островах,
Глаголющий небес предначертанья.
Трубил несбыточных иллюзий крах,
Являясь вещим разумом России,
По свету веял грез напрасных прах.
Как ангел Петропавловского шпиля,
Указывал ветрам златым крылом,
Куда и как им направлять стихии,
Какой внезапно грянет страшный гром,
Крушащий старое, для жизни вечной,
В руины сея новое зерно.
Провидец божьим даром был отмечен,
Грядущее собой отображал –
Пророк отечества, времен предтеча.
Блаженный летописец отмечал
Величье разума и брашну хама –
Зародыш исторических начал.
Комедию порой сменяла драма,
На смену слову приходил солдат,
За Родину штыком разя упрямо.
А в промежутке между громких дат,
Великих зодчих яркие творенья,
Ваяли рукотворно стольный град.
Немой восторг, красы оцепененье!
Застывшим чудом старых мастеров
Блистало светлой мысли озаренье.
Кружился в вальсе проходных дворов,
Дыханьем, замирая улиц стройных,
Мечтал ноктюрном разводных мостов.
С залива задувает ветер вольный,
В ответ река с поклоном шлет в залив
Неторопливый бег волны спокойной.
Здесь каблуки поэтов озорных
Вбивали гениальнейшие вирши
В булыжные тетради мостовых,
Здесь небеса струят прозрачной тишью,
Груз вдохновенья, принося творцам
И к звездам унося поэзий стишья.
Элегии задумчивым дворцам
Валторнами серебряных каналов
Поёт Луна мечтательным сердцам.
Романсы тишины морских причалов
Окрашивает царственный завет
Закатами малиновых кораллов.
Я знаю, через иного тысяч лет
Туманный призрак скроется под воду,
Оставив по себе былинный след,
На дне морском он обретет свободу,
Волной, укрывшись от мирских забот,
Простор, освобождая небосводу.
Воздвигнутый из сырости болот,
Из слез страданий, кровью обагренных,
Отыдет в бездну океанских вод.
Триумф воды, водою растворенный,
С собою свою тайну унесет,
Никем, до той поры, непобежденный…
С тех пор немало времени пройдет,
И сизокрылый голубь веры снова
Крылатою надеждой принесет
Во клюве долгожданный лист кленовый.
01.02.03
Игорь Мельников 2007/04/19.
* * *
Посвящение Петербургу
Раскинул дружески объятья
Собор Казанский над рекой:
«Позвольте же обнять вас, братья,
Прижавшись мраморной щекой…».
А Зимний в этот вечер летний
Румянцем солнечных зарниц
Скрывает возраст многолетний,
Припудрив нос пометом птиц.
Там куполов златые злаки
Взошли над гордою Невой,
Под медный звон заснул Исакий,
А Медный всадник удалой
Под гул волшебный и густой
Сошел с гранитного обломка,
И осмотрев тот край морской,
Узрел дела своих потомков,
А утром – снова на постой…
…Вот ночь укутала весь город
Своею звездною фатой,
И утоляет жадно голод,
Съедая свет и звуков рой.
Мосты свои открыли рты,
Зевая в сонной тишине…
Из темноты возникла Ты
И растворилась вся во мне…
Дмитрий Алексеенко 2007/02/01.
* * *
Петербург
Адмиралтейства острым шприцем,
И Петропавловки иглой
С рождения я привит к столице —
Прекрасной, чопорной и злой.
Надменный, томный Петербург —
Сканворд из улиц, переулков.
Ты черен в сумерках и бур,
Но так приятен для прогулки
Многоступенчатая биржа
Между ростральных двух колонн,
Богатства символ и престижа,
Не отвечает на поклон
Нева порой меняет лица
Свидетель — университет.
Нахалка, ей бы лишь пролиться
Волною через парапет
Загадочный в густом тумане
Архитектурный сталагмит,
В подсветке желтой, как в пижаме,
Исаакий грузный мирно спит
Кунсткамеры прозрачный глобус
В прохладе ночи запотел…
Перекурить решил автобус,
Устав от человечьих тел
Но мне его услуг не надо,
Фонарные сочтя столбы,
Иду, вытаскивая взглядом
Людские лица из толпы.
Мостов изогнуты ресницы.
Мосты — смешные горбунки.
Весной под ними рыба мчится
С рекою на перегонки
И, в стрелку острова вонзаясь,
Лущит течение Невы.
Тут я с подругою встречаюсь
Как жаль, что милая — не Вы…
Alexander Butenin 2007/01/24.
* * *
уезжая с Петроградской
…горький Максим смотрит Троицкий мост,
слева мечеть, справа Царский погост.
Можно не ждать завершения ночи,
если сигнал к переправе короче.
Будет иначе мое возвращение,
если забуду слова…
к черной Коломне, в Кронштадт, на Пески
тянутся ветви холодной руки.
Тлеет пред ликом фасадов холодных
бывших парадных, ныне доходных,
местом хранимая, плод вдохновения
просто-звезда «ленинград»…
пусть никогда ничего не потеряно,
в каждом лице повторяется время,
в каждом кафе дети Наполеона
ищут забвенья в напитках холодных.
В теплых объятьях отчизны разборчивой
есть вековая печаль…
вышел худому положенный срок —
в черных пилотках Иона-пророк
отшвартовавшись от дома родного,
в бездну морскую спешил к Посейдону.
С этой легендой изустно-доходчивой,
номер и чин вместо имени-отчества
приобретя, расписавшись в журнале,
я уезжал с Петроградской…
…медленный сон испытанье для веры.
Если мольбой упраздяется мера,
если тот город святыми покинут,
будет на стогнах звучать только имя.
Если немыслимо возвращенье,
на острова перекрыто движенье,
Если в садах листопады не часты,
если душа разорвалась на части,
и не собрать лоскутков запыленных
памятью горькой, далекой, влюбленной
той стороной Петроградской…
Снова пред взором похмельным — ликуя,
ангел над шпилем гласит «Аллилуйя»
дальней стране Петроградской…
Kassen-Bek 2007/01/27.
* * *
…и я иду по городу родному…
и в неземном мерцаньи фонарей
все то, что днем казалось мне знакомым,
вдруг отзовется сказкою своей…
…и каждый вечер непохож на прошлый…
и каждый волшебством своим открыт…
и вновь мотив мелодии хорошей
мне пропоет веков седой гранит…
…деревья лишь застыли удивленно…
всё вслушиваясь в песенку реки…
идет девчонка, в город свой влюбленная,
и улыбается в предчувствии строки…
…вечерний город мой… такой домашний…
уютом царствуешь над вечной красотой…
и отражением в реке веков вчерашних
ты улыбаешься и мне своей мечтой…
…а завтра сказка новая проснется…
откроет тайну светлую под вечер…
и город мой мне нежно улыбнется…
— я обязательно приду к тебе…
…до встречи!..
Цветка 2007/01/27.
* * *
…Питер узок?… Мне и не заметно…
…Очень дорог мне его уют…
…Я брожу по улочкам заветным,
…где меня всегда с улыбкой ждут…
…Приезжай… И ты его услышишь…
…здесь мелодия особенно чиста…
…Ты с Исаакия свальсируешь по крышам…
Под свет прелюдии крылатого моста…
…И ангел улыбается на шпиле…
Он пропоет с небесной высоты
те песни…, что поэты так любили…
…их искренность почувствуешь и ты…
…Да… Бесспорно… Нет милее сердцу
Города, что Родиной зовешь…
Но, может быть, в душе, с ним по соседству,
Ты место и для Питера найдешь?…
…Ты приезжай… В любое время года…
…Ну что поделать, если при тебе
вдруг закапризничает матушка-природа…
и вспомнит своенравно о дожде…
…Под дождиком… под снегом… или солнцем…
С тобой сверяя — «громче» иль «потише»…
Мой город лишь души твоей коснется…,
Чтоб песню ты сумел его услышать…
…И он откроется тебе… и улыбнется…
…Красой каналов, переулочков, дворцов…
…Любовью светлой в твоем сердце отзовется…,
…лишь если ты ее в себе принять готов…
…А если лишь одним воспоминаньем
ты скажешь «Питер узок»… — не спеши…
когда-нибудь про новое свидание
тебе напомнит часть твоей души…
Ты приезжай… как только нотка сердца
Тебе о Петербурге пропоёт…
Здесь столько светлых тайн для новых песен…
…Ты приезжай…
…Тебя мой город ждет…
…Ты приезжай…
Цветка 2007/01/27.
* * *
Петропавловской крепости
…Петропавловка…
…Я каждый раз влюбляюсь…
…В энергетику твою…
…И в карильон…
…Вновь и вновь…
…Я вечером гуляю…
…под чудесный
…Колокольный перезвон…
…На Неве я сумерки
…встречаю…
…Близко-близко возле ног вода…
…Я немею…
…Я брожу в молчаньи…
…чтоб наслушаться мгновением…
…когда…
…город после нудной суматохи
…затихает,
…словно перед сном…
…И не надышаться
…каждым вздохом…
…Острова…,
…в который он влюблен…
…А колокола
…поют о вечном….
…Что за мастер
…Укрощает их…?.
…В небо смотрит
…девочна беспечная…
…Молится о том,
…чтоб не затих
…тот концерт,
…в котором луч мелодий
…освещает купол
…до небес…
…Ангела…
…Он!…
…Он взлетает вроде…
…Он взлетает!…
…Эх!…
…Пора чудес…
…Я оставлю площадь…
…К бастионам
…по мостовой
…ступая неспеша…
…сквозь сумерки,
…немного освещенные…
…идет-бредет
…девчоночья душа…
…Так тихо…
…У Нарышкина спектакль
…сейчас начнется…
…Собирается народ…
…Чтоб удивиться вновь…
…и чуть поплакать…
…девчонка вновь
…в театр тот войдет…
…Там все родные…
…будто снова в детство
…перелетит заветная душа…
…и вновь замрет
…иль затрепещет сердце…
…от приобщения к искусству,
…не дыша…
…А после уж…
…совсем поближе к ночи…
…вновь неспеша
…по Петропавловке бродить…
…С Собором,
…что скучает в одиночестве,
…о вечности
…подолгу говорить…
…И, вновь прощаясь,
…проходить по улочкам
…той Крепости,
…что помнит и Петра…
…»Я вновь к тебе вернусь…
…когда получится…
…ты отдыхай,
…родная, до утра…»
…И мимо зайца,
…на пеньке сидящего…
…через ворота…
…мост…
…и темный парк…
…я возвращаюсь
…снова в настоящее…
…К метро…
…Уж поздно…
…И домой пора…
Цветка 2007/01/27.
* * *
Переменчив климат в Петербурге.
Погода неустойчива совсем,
И неизвестно, сколько завтра будет
Ноль градусов или плюс семь.
Сегодня минус — завтра плюс:
Температура скачет.
Лишь бьётся учащённо пульс,
А это сердце значит.
Над городом нависли тучи,
Дни солнечные сочтены,
И светлый тёплый лучик
На долгие бы дни….
Переменчив климат в Петербурге,
Меняться может каждый час.
Сегодня куртки — завтра шубы:
Не балует погодой нас.
Елена Трофимчук 2007/01/27.
* * *
Февраль. Уже светло. Кричат вороны в сквере.
Насквозь заиндевел Полюстровский прогон.
Автобус подошёл. Сейчас прижмут у двери
И быстро запихнут в простуженный салон.
Сегодня повезло – у самого окошка
Я целых полчаса смогу глазеть на мир,
Вот только подышу на изморозь немножко –
Исчезнет без следа изысканный ампир.
Натужено гудит автобус вдоль квартала,
Рекламы торжество – заманчивая сеть…
А вот и мост Петра – ажурный свод портала
Как будто над Невой подвешенная клеть.
На дальнем берегу за Смольным институтом
Собор в барочном стиле похожий на мираж.
Его голубизну мороз в туман укутал…
Мы съехали с моста – совсем иной пейзаж!
От скульптора дары – четыре “обормота”:
Кому-то по душе сей пошленький набор.
Вот снова промелькнул за правым поворотом
Без пастырских забот болеющий Собор.
В Таврическом саду Сергей Есенин в грусти.
Заснеженный простор молчит без детворы.
Когда-то пышный парк, а ныне – захолустье –
Как будто сотню лет гуляли топоры…
В оранжерейный дом Потёмкинской усадьбы
Озябшая спешу и, чтоб развеять грусть,
Мечтаю заказать я лилии для свадьбы,
Есенина стихи читая наизусть.
2002г.
Татьяна Кувшиновская 2007/01/27.
* * *
Питер
Над зданий серыми стенами,
Над крышами жилых домов
Летает небо облаками,
Пытаясь выдать смысл без слов…
О войнах, бедах, о блокаде.
О всех увиденных делах…
И о балах, о маскараде,
Каким здесь было счастье, крах…
И синевы его прозрачность-
То счастья, мира обещанье,
Что всё грядущее-удачно,
Залог для мира процветанья…
Я покоряюсь всем надеждам,
Что зародились на Сенной,
Не будет больше так, как прежде,
Я знаю: мне не быть одной!!!
И все печали удалились,
Когда поНевскому я шла…
Я у прохожих не стыдилась
Спросить: «А как ваши дела?»
В их взаорах столь прямых и светлых,
Как здесь положено, глазах
Читала яркие ответы:
«Отлично всё! Да как всегда!»
Анна Гуренок 2007/01/31.
* * *
Посвящение Петербургу
Раскинул дружески объятья
Собор Казанский над рекой:
«Позвольте же обнять вас, братья,
Прижавшись мраморной щекой…».
А Зимний в этот вечер летний
Румянцем солнечных зарниц
Скрывает возраст многолетний,
Припудрив нос пометом птиц.
Там куполов златые злаки
Взошли над гордою Невой,
Под медный звон заснул Исакий,
А Медный всадник удалой
Под гул волшебный и густой
Сошел с гранитного обломка,
И осмотрев тот край морской,
Узрел дела своих потомков,
А утром – снова на постой…
…Вот ночь укутала весь город
Своею звездною фатой,
И утоляет жадно голод,
Съедая свет и звуков рой.
Мосты свои открыли рты,
Зевая в сонной тишине…
Из темноты возникла Ты
И растворилась вся во мне…
Дмитрий Алексеенко 2007/02/01.
* * *
ВНИМАНИЕ всем присутствующим, стих о любимом городе, населенном пункте или местности(желательно с указанием точного местоположения) можно оставить в разделе рецензии, для накопления, обработки и размещения на странице Коллекция Стихов о Городах.
Основатель Коллекции Стихов о Городах оставляет за собой право выбора произведений.
Сергей Леонов.

Стихи про Санкт-Петербург для детей: лучшие

Сайт «Мама может все!» собрал самые красивые стихи про Санкт-Петербург для детей. Санкт-Петербург один из красивейших российских городов, его легко узнать по разводным мостам и фонтанам. Эта подборка стихов понравится как взрослым, так и детям.

***

Очень просто сесть в трамвай
И сказать: «Вези давай!»
Очень просто сесть в такси
И сказать: «Давай вези!»

Ну а если вам не к спеху,
Если город вам знаком,
Интереснее – не ехать,
Интереснее – пешком!

Борисова М.

***

Прогулка

Одеты не по-зимнему –
Уже совсем по-летнему,
Проходим мимо Зимнего,
Идем мы к саду Летнему.

Туда идем, где невскою
Волной гранит исхлестан,
Потом пойдем по Невскому
И погуляем просто.

Скаченков С.

***

Белая ночь

Небо хрустальное сине.
Тихие звезды, мерцая,
Светят небесной пустыне
В ночи тоскливые мая.

Сонная грезит столица.
И отразились устало
Темные бледные лица
В зеркале темном канала.

Кондратьев А.

***

Санкт-Петербург – гранитный город,
Взнесенный славой над Невой,
Где небосвод давно распорот –
Адмиралтейскою иглой!

Как явь, вплелись твои туманы
Виденья двухсотлетних снов,
О, самый призрачный и странный
Из всех российских городов!

Недаром Пушкин и Растрелли
Сверкнувши молнией в веках,
Так титанически воспели
Тебя в граните и в стихах!

И – майской ночью в белом дыме,
И – в завываньи зимних пург-
Ты – всех прекрасней,- несравнимый
Блистательный Санкт-Петербург!

Агнивцев Н.

***

Чугунное кружево

А это что за кружева
Видны там впереди?
К решетке-чуду поскорей
Поближе подойди.

Как в сказке замерли цветы.
Волшебник, кто же он?
Давным-давно все это сплел
Из чугуна Фельтон.

Блейков В.

***

Над Невой

Открылась мне в ночную пору
Дворцов и шпилей красота,
Когда я на великий город
Смотрел с Литейного моста.

В широкой глади отражала
Нева сияние огней.
И ни одна река планеты
Не выдержит сравненья с ней.

Багимов А.

***

Прекрасный Летний сад

На свете много есть чудес.
Но вот прекрасный сад:
С деревьями в одном ряду
Скульптуры там стоят.

А вдалеке, по глади вод,
Вокруг пруда большого,
Два белых лебедя плывут,
Приветствуя любого.

Дорожки чинно нас ведут
Вдоль мраморных богов.
В тенистом чудном уголке
Сидит поэт Крылов.

Блейков В.

***

Петропавловская крепость

Ветра вой и волн свирепость,
Всё видала, всё снесла
Петропавловская крепость,
Тучи рвущая игла…..

Как хитро придумал кто-то
В недалёкой старине:
В синем небе позолота,
Казематы в глубине.

Скаченков С.

цикл стихотворений На берегах Невы

***
Я снова здесь, на берегах Невы…
Холодный ветер и туман вокруг,
Сквозь исчезающие сети тьмы
Ворчит спрасони старый Петербург.
Смотрю на волны грязные внизу:
Какой уж век они гранит здесь лижут,
Но не отмоют воды не сотрут
Всю грязь, которую здесь вижу.
Она прилипла к каждому куску
Гранитных плит и к кирпичам на стенах,
К булыжным мостовым и к каждому мосту,
И даже статуи она одела.
Лежит на всем надежной пеленой,
Скрывая блеск и прелесть первозданья.
Похожее творится и со мной:
Я будто бы утратил осязанье…
Петербург
Закутанная в саван облаков,
Вздыхает пылью гордая столица,
А я не вижу шум своих шагов,
И не смотрю в мелькающие лица.
Здесь вечность утопает в суете,
Не в силах всплыть, раскидывая крылья
В манящей вожделенной высоте…
Я вместе с нею покрываюсь пылью…
Нева
Нева! Сколь долго ты с неволью
Миришься под покровом льда,
Твоя студеная вода
Истосковалась по раздолью.
Еще не видно волн твоих,
Но как ворчат они сердито,
Под белым саваном сокрыты,
На время гнев свой затаив.
Не усмирит твой гордый нрав,
И не сковать тебя цепями,
Не стиснуть в узкихберегах,
Не исчерпать тебя горстями.
Вздыхаешь полной грудью ты,
И толстый лёд тут – не помеха:
Он весь трещит, он весь в прорехах
Ему не удержать мосты.
Наводнение
Взбесилась страшная река,
Разинув пасть своей пучины,
И в изумлении молчим мы:
Звук не сорвется с языка.
Но тысячеязыкой глоткой
Река кричит нам в исступленье,
Но мы ведь все давно оглохли,
Не замечаем преступленья!
А ветер рвется прямо в уши
И что-то шепчет сквозь рыданья,
Но льдом покрылись наши души,
Не замечаем мы страданья!
Когда смирит свой гнев стихия,
И запоют под солнцем птицы,
Господь простит за все грехи нас
Мы – стадо черствых эгоистов.
Питеру
Ты часто снишься мне, Питер.
В тумане и мгле
И не порвать эти нити
Ни мне, ни тебе.
Мы чем-то похожи,
Суровый мой друг…
Я знаю, ты тоже
Устал от разлук.
Но встреч не бывает
Без них – это жизнь.
И мы не в обиде
На это, скажи?
И снова прижавшись
К гранитной щеке,
Смотрю я, как волны
Шипят на песке.
Хочу раствориться
В туманах твоих
И каплей водицы
Упасть на гранит,
Омыть твои щеки
Скупою слезой
И соединиться
С великой Невой.
***
В тени задумчивых дубрав
Под еле слышный шелест листьев,
Поглубже воздуха вобрав,
Пишу стихи вдогонку мыслям.
Здесь тишь и вековой покой
Стирают суету так просто,
Своей невидимой рукой,
И место то – Елагин остров.

Стихи о Петербурге

Анна Ахматова

Вновь Исакий в облаченье
Из литого серебра.
Стынет в грозном нетерпенье
Конь великого Петра.

Ветер душный и суровый
С черных труб сметает гарь
Ах, своей столицей новой
Недоволен государь.

Сердце бьется ровно, мерно.
Что мне долгие года!
Ведь под аркой на Галерной
Наши тени навсегда.

Сквозь опущенные веки
Вижу, вижу, ты со мной,
И в руке твоей навеки
Нераскрытый веер мой.

Оттого, что стали рядом
Мы в блаженный миг чудес,
В миг, когда на Летним Садом
Месяц розовый воскрес, —

Мне не надо ожиданий
У постылого окна
И томительных свиданий.
Вся любовь утолена.

Ты свободен, я свободна,
Завтра лучше, чем вчера, —
Над Невою темноводной,
Под улыбкою холодной
Императора Петра.

Ведь где-то есть простая жизнь и свет,
Прозрачный, теплый и веселый…
Там с девушкой через забор сосед
Под вечер говорит, и слышат только пчелы
Нежнейшую из всех бесед.

А мы живем торжественно и трудно
И чтим обряды наших горьких встреч,
Когда с налету ветер безрассудный
Чуть начатую обрывает речь.

Но ни на что не променяем пышный
Гранитный город славы и беды,
Широких рек сияющие льды,
Бессолнечные, мрачные сады
И голос Музы еле слышный.

Из Северных элегий

Пятая элегия

Меня, как реку,
Суровая эпоха повернула.
Мне подменили жизнь. В другое русло,
Мимо другого потекла она,
И я своих не знаю берегов.
О, как я много зрелищ пропустила,
И занавес вздымался без меня
И так же падал. Сколько я друзей
Своих ни разу в жизни не встречала,
И сколько очертаний городов
Из глаз моих могли бы вызвать слезы,
А я один на свете город знаю
И ощупью его во сне найду.
И сколько я стихов не написала,
И тайный хор их бродит вкруг меня
И, может быть, еще когда-нибудь
Меня задушит…
Мне ведомы начала и концы,
И жизнь после конца, и что-то,
О чем теперь не надо вспоминать.
И женщина какая-то мое
Единственное место заняла,
Мое законнейшее имя носит,
Оставивши мне кличку, из которой
Я сделала, пожалуй, все, что можно.
Я не в свою, увы, могилу лягу.
Но иногда весенний шалый ветер,
Иль сочетанье слов в случайной книге,
Или улыбка чья-то вдруг потянут
Меня в несостоявшуюся жизнь.
В таком году произошло бы то-то,
А в этом — это: ездить, видеть, думать,
И вспоминать, и в новую любовь
Входить, как в зеркало, с тупым сознаньем
Измены и еще вчера не бывшей
Морщинкой…
Но если бы оттуда посмотрела
Я на свою теперешнюю жизнь,
Узнала бы я зависть наконец…

Осип Мандельштам

Адмиралтейство

В столице северной томится пыльный тополь,

Запутался в листве прозрачный циферблат,

И в тёмной зелени фрегат или акрополь

Сияет издали, воде и небу брат.

Ладья воздушная и мачта-недотрога,

Служа линейкою преемникам Петра,

Он учит: красота — не прихоть полубога,

А хищный глазомер простого столяра.

Нам четырёх стихий приязненно господство,

Но создал пятую свободный человек.

Не отрицает ли пространства превосходство

Сей целомудренно построенный ковчег?

Сердито лепятся капризные медузы,

Как плуги брошены, ржавеют якоря;

И вот разорваны трёх измерений узы,

И открываются всемирные моря. ‘

Валерий Брюсов

Три кумира

В этом мутном городе туманов,

В этой тусклой, безрассветной мгле,

Где строенья, станом великанов,

Разместились тесно по земле, —

Попирая, в гордости победной,

Ярость змея, сжатого дугой,

По граниту скачет Всадник Медный,

С царственно протянутой рукой,

А другой, с торжественным обличьем,

Строгое спокойствие храня,

Упоенный силой и величьем,

Правит скоком сдержанным коня.

Третий, на коне тяжелоступном,

В землю втиснувши упор копыт,

В полусне, волненью недоступном,

Недвижимо, сжав узду, стоит.

Исступленно скачет Всадник Медный,

Непоспешно едет конь другой,

И сурово, с мощностью наследной,

Третий конник стынет над толпой,-

Три кумира в городе туманов

Три владыки в безрассветной мгле,

Где строенья, станом великанов,

Разместились тесно на земле.

Булат Окуджава

Нева Петровна, возле вас — всё львы.

Они вас охраняют молчаливо.

Я с женщинами не бывал счастливым,

Вы — первая. Я чувствую, что — вы.

Послушайте, не ускоряйте бег,

Банальным славословьем вас не трону:

Ведь я не экскурсант, Нева Петровна,

Я просто одинокий человек.

Мы снова рядом. Как я к вам привык!

Я всматриваюсь в ваших глаз глубины.

Я знаю: вас великие любили,

Да вы не выбирали, кто велик.

Бывало, вы идете на проспект,

Не вслушиваясь в титулы и званья,

А мраморные львы — рысцой за вами

И ваших глаз запоминают свет.

И я, бывало, к тем глазам нагнусь

И отражусь в их океане синем

Таким счастливым, молодым и сильным…

Так отчего, скажите, ваша грусть?

Пусть говорят, что прошлое не в счет.

Но волны набегают, берег точат,

И ваше платье цвета белой ночи

Мне третий век забыться не дает.

Александр Кушнер

Пойдем же вдоль Мойки, вдоль Мойки,

У стриженных лип на виду,

Вдыхая туманный и стойкий

Бензинный угар на ходу,

Меж Марсовым полем и садом

Михайловским, мимо былых

Конюшен, широким обхватом

Державших лошадок лихих.

Пойдем же! Чем больше названий,

Тем стих достоверней звучит,

На нем от решеток и зданий

Тень так безупречно лежит.

С тыняновской точной подсказкой

Пойдем же вдоль стен и колонн,

С лексической яркой окраской

От собственных этих имен.

Пойдем по дуге, по изгибу,

Где плоская, в пятнах, волна

То тучу качает, как рыбу,

То с вазами дом Фомина,

Пойдем мимо пушкинских окон,

Музейных подобранных штор,

Минуем Капеллы широкий,

Овальный, с афишами, двор.

Вчерашние лезут билеты

Из урн и подвальных щелей.

Пойдем, как по берегу Леты,в

Вдоль окон пойдем и дверей,

Вдоль здания Главного штаба,

Его закулисной стены,

Похожей на желтого краба

С клешней непомерной длины.

Потом через Невский, с разбегу,

Все прямо, не глядя назад,

Пойдем, заглядевшись на реку

И Строганов яркий фасад,

Пойдем, словно кто-то однажды

Уехал иль вывезен был

И умер от горя и жажды

Без этих колонн и перил.

И дальше, по левую руку

Узнав Воспитательный дом,

Где мы проходили науку,

Вдоль черной ограды пойдем,

И, плавясь на шпиле от солнца,

Пускай в раздвижных небесах

Корабль одинокий несется,

Несется на всех парусах.

Как ветром нас тянет и тянет.

Длинноты в стихах не любя,

Ты шепчешь: «Читатель устанет!»

— Не бойся, не больше тебя!

Он, ветер вдыхая холодный,

Не скажет тебе, может быть,

Где счастье прогулки свободной

Ему помогли полюбить.

Пойдем же по самому краю

Тоски, у зеленой воды,

Пойдем же по аду и раю,

Где нет между ними черты,

Где памяти тянется свиток,

Развернутый в виде домов,

И столько блаженства и пыток,

Двузначных больших номеров.

Дом Связи — как будто коробка —

И рядом еще коробок.

И дом, где на лестнице робко

Я дергал висячий звонок.

И дом, где однажды до часу

В квартире чужой танцевал.

И дом, где я не был ни разу,

А кажется, жил и бывал.

Ну что же? Юсуповский желтый

Остался не назван дворец,

Да словно резинкой подтертый

Голландии Новой багрец.

Любимая! сколько упорства,

Обид и зачеркнутых строк,

Отчаянья, противоборства

И гребли, волнам поперек!

Твою ненаглядную руку

Так крепко сжимая в своей,

Я все отодвинуть разлуку пытаюсь,

Но помню о ней…

И может быть, это сверканье

Листвы, и дворцов, и реки

Возможно лишь в силу страданья

И счастья, ему вопреки!

Ленинградские реки

Как клен и рябина растут у порога…

Как клен и рябина растут у порога,
Росли у порога Растрелли и Росси,
И мы отличали ампир от барокко,
Как вы в этом возрасте ели от сосен.
Ну что же, что в ложноклассическом стиле
Есть нечто смешное, что в тоге, в тумане
Сгустившемся, глядя на автомобили,
Стоит в простыне полководец, как в бане?
А мы принимаем условность, как данность.
Во-первых, привычка. И нам объяснили
В младенчестве эту веселую странность,
Когда нас за ручку сюда приводили.
И эти могучие медные складки,
Прилипшие к телу, простите, к мундиру,
В таком безупречном ложатся порядке,
Что в детстве внушают доверие к миру,
Стремление к славе. С каких бы мы точек
Ни стали смотреть — все равно загляденье.
Особенно если кружится листочек
И осень, как знамя, стоит в отдаленье.

Татьяна Канцева

Магнитный полюс мира – Петербург

Магнитный полюс мира — Петербург.

Изменчивые контуры погоды.

Расплывчатые абрисы фигур.

Обманчивые профили свободы.

Мозаика случайных полувстреч.

Упрямое спокойствие каналов.

Бессмысленных рассветов полуречь.

Эклектика соборов. Шпилей жала.

Мятежных душ невидимый каркас.

Магнитный полюс мира выбрал нас.

Александр Онущенко

К Санкт-Петербургу я приговорен

К блужданьям вечным вдоль его каналов.

Был крестным при моем рожденьи он,

И он же приведет меня к финалу.

Впитав судьбу его трех сотен лет,

Я растворен в строках его гранита.

И я сегодня потому поэт,

Что в душу мне его Нева пролита.

Санкт-Петербурга каждый уголок

Пронзает вас загадочно и тонко.

Здесь умудрился Александр Блок

Увидеть среди пьяных Незнакомку.

Здесь Пушкина настигла благодать —

Его навек потрясшее виденье.

И только Петербургу посвящать

Некрасов мог свои стихотворенья.

Серебряный мог зародиться век

Лишь в городе таинственном и странном,

В переплетеньи петербургских рек

И в клочьях петербургского тумана.

А я, рукой Истории ведом,

Священные разглядываю лица.

Я прихожу к тебе, Фонтанный дом,

Чтобы великой Анне поклониться.

Был Петербург всегда сродни мечтам,

И, как бы Время ни было сурово,

Я верю, как и Осип Мандельштам,

Что «в Петербурге мы сойдемся снова».

Мой город — вне пространства и времен,

В нем столько для поэзии простора!

К Санкт-Петербургу я приговорен,

И не могло быть лучше приговора.

* * *

От зари и до зари

Отдыхают фонари…

Это время никто не отсрочит.

Будет холод иль жара,

В Петербург придет пора,

Когда царствуют белые ночи.

Над мерцающей Невой

Под прозрачной синевой,

Вдоль пылающей ленты гранита,

Между статуй и оград,

И дворцовых анфилад

Белой ночи истома разлита.

Это время светлых лиц.

Это время без границ

И прогулок ночных без опаски,

Где вбирают до конца

Благодарные сердца

Белой ночи волшебные сказки.

* * *

Я вспоминаю лето. Детский сад.

Второй этаж и лестница крутая.

А на площадке два кота сидят —

Зажмурившись, мурлыкают, мечтая.

Сидят коты. Но неизменный страх

Меня пронзал при каждой с ними встрече,

И не унять мне было дрожь в ногах,

Слабели руки, опускались плечи.

И неизменно с жалкою тоской

Я звал на помощь, надрывал животик.

Меня стыдили: «Ты большой такой!

Иди смелей, ведь это добрый котик!»

А для меня давно страшнее зверя нет.

Не улыбайтесь, вас прошу, не надо.

Котов не видел я в свои пять лет.

Их не было. Их съели в дни блокады.

* * *

Над Пискаревским кладбищем пурга —

Такая же, как в страшный час блокады,

Когда ложились смертные снега

На немощные плечи Ленинграда.

Над Пискаревским кладбищем метель —

Как в час, когда, со злобным ветром споря,

Везли на санках трупики детей

Их матери, ослепшие от горя.

Над Пискаревским кладбищем мороз…

Сюда идут признательные люди.

Здесь пробуждают душу капли слез

Сильней, чем «залпы тысячи орудий».

Над Пискаревским полем тишина —

Торжественная, скорбная, святая.

Плывет по полю белая волная

И на граните розовом не тает…

* * *

Июньский вечер клонится к закату,

Но будет зыбким светом ночь полна,

И очень робко катится куда-то

Не небосводу светлому луна.

А солнце бродит где-то недалеко.

Стемнеет чуть, и вновь светло как днем,

И на востоке солнечное око

Опять горит неистовым огнем.

И словно вспомнив о своих поэтах,

На фоне вновь родившейся зари

Рифмуются друг с другом в силуэтах

Соборы, башни, шпили, фонари.

И доброй данью белой ночи грезам,

Что так всегда волнующе чисты,

Могучим для души апофеозом

Взмывают к небу невские мосты.

* * *

А еще я люблю

этот старенький Крюков канал

Меж крутых берегов он положен

как в школьный пенал,

По линейке прочерчен

его парапетов гранит,

Много дел и людей

его долгая память хранит.

И душе моей мил

этот славный Никольский собор —

Пять головок его так прекрасны,

так радуют взор,

А его колокольня как лебедь

который уж год,

Украшая канал,

отражается в зеркале вод.

Приходи сюда днем,

приходи сюда в белую ночь,

Поброди вдоль канала —

и все неприятности прочь.

Да блажен будет тот,

кто душою и сердцем познал

Этот славный собор, этот

старенький Крюков канал.

* * *

Пройдем по Петербургу белой ночью,

Когда не видно звезд над головой.

Остатки сна, разорванного в клочья,

Оброним тихо где-то над Невой.

Вберем в себя волшебной ночи звуки.

Присмотримся, как точно по часам

Молитвенно мосты возносят руки

К прозрачным до безумья небесам.

Побродим близ Михайловского замка,

Окинем взором спящий Летний сад,

Который ночью прячется за рамку

Волшебниками кованых оград.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *